При моем появлении бойцы нестройно поздоровались, и выжидательно замолкли.

— Я просто пришел на ваш быт посмотреть, так сказать, — поспешно объяснился я. — Так что занимайтесь своими делами.

— Мы печку растапливаем, — сообщил мне Серегин. — Что-то сегодня плохо получается, доски сырые что ли?

Я увидел не сразу замеченную мною металлическую конструкцию, в которой весомую часть занимали пустые цинки из-под патронов. Я не специалист в буржуйках, поэтому ничего посоветовать бойцам не смог. Да они не очень-то и интересовались моим мнением, предпочитая, по примеру северокорейцев, рассчитывать только на собственные силы.

Тут я сделал глупость. Я остался в землянке, наблюдая за работой мастеров — печников. В течение десяти минут они пыхтели, матерились, и ковырялись в печке. Внезапно все восторженно закряхтели — дрова загорелись. Я пододвинулся поближе. Однако вскоре начал ощущать смрад.

— Воины, — внезапно меня осенило, — а куда же у вас дым идет?

— А вон, — меланхолично ответил мне Серегин, — через вход в землянку выходит.

— Так вы «по-черному» топите?

— Да, — утвердительно кивнул он.

Не дожидаясь, пока смрад заполнит все помещение, я кинулся наружу. До чего же чудесно дышать свежим воздухом!

Однако вслед за мной не вышел никто.

«Вот контингент!» — подумал я. — «Наверное, одни токсикоманы. Что им этот дым? Так, ерунда. Они и покруче вещи нюхали».

В этот момент меня увидел Рустам:

— Паша, давай строй своих и дуйте на ПХД! Там еще машина со снарядами пришла.

Не знаю, из каких таких запасов извлекли эти снаряды, но выглядели они довольно старыми. Больше всего меня добивало, что на некоторых из них я не мог выкрутить заглушки, чтобы вкрутить взрыватели. Из всего инструмента у меня были только плоскогубцы. Как сказал мне комбат, для выкручивания заглушек нужен специальный ключ. Этот ключ входит в состав ЗИП. А ЗИПов у нас не было. Нам даже банник пришлось клянчить, если помните.

И как я не старался, но десяток снарядов так и остался не снаряженным. Меня это нервировало. Я решил, что при первой же возможности выстрелю ими даже и без взрывателей. Ну а что мне с ними еще делать? Солить что ли?

— Когда же штурм? Когда же штурм? — каждый день ныл Волков.

Он издергался. И немудрено. Штурм назначали уже три раза. И три раза откладывали. Мои бойцы просто перестали обращать внимание на приказы о подготовке. И немудрено, первый раз — трагедия, второй раз — комедия, а что тогда говорить о третьем? Если много раз впустую кричать «Волки! Волки!», то кто потом тебе поверит?

Глава 18

Несколько последних дней стояла теплая погода. Все-таки хорошо, что это относительно теплый Дагестан, а не «солнечный» Магадан. Хоть и январь, но погода почти плюсовая.

Тот канал, из которого мы брали воду, так и не замерз. Вообще-то, он был довольно широким, как маленькая речка. Честно — честно, у меня дома самая настоящая река в иных местах или мельче, или уже чем этот канал. Иногда я просто приходил сюда, чтобы посидеть на берегу и посмотреть на бегущую воду.

Сегодня утром причина моего нахождения у канала была много прозаичнее — я пришел умыться и почистить зубы.

Последний раз я был у зубного лет в пятнадцать, что составляло мою тайную гордость. И, кроме того, как-то очень не хотелось, чтобы к постоянно ноющим коленям добавилась еще и зубная боль.

Пока я тщательно чистил зубы, один из подошедших омоновцев быстро разделся до трусов и прыгнул в воду. И долго, (до отвисания челюстей у почтенной публики), плавал.