– Они погибли.

– Вовсе не обязательно. Возможно, получили тяжелые повреждения. Но не погибли. Эти наши тела очень живучи.

– Настолько крепкие, чтобы пережить катастрофу, при которой ломается коммуникатор?

– Коммуникатор – штука жесткая. Не то что кости и плоть. Уверен, что они живы.

– Живых или мертвых, нам нужно разыскать их.

– Верно! Если одного из них подвергнут вскрытию…

– Эй, высокомерный болван! Они не погибли! Выбрось эту чушь из своей башки!

– Ладно, ладно, пусть будут ранены. Если тебе от этого легче. Ранены и отвезены в больницу, где попадут на рентген. Вот когда у них начнутся настоящие неприятности! В чем дело? Ты влюблен в Глэйр? И не можешь смириться с тем, что они, возможно, погибли?

– Если начистоту, то он влюблен в Ворнина.

– А кто в него не влюблен? Послушай, сколько агентов мы сможем направить на этой неделе в Нью-Мексико?

– С десяток, если возникнет необходимость.

– Значит, уже надо посылать. Пусть делают вид, что исследуют так называемый гигантский метеор. Некоторые из них могут представиться учеными, якобы разыскивающими его обломки. Другие могут прикинуться корреспондентами и опрашивать видевших огненный шар людей. Тем временем надо как можно точнее определить траекторию корабля перед взрывом.

– А ты знаешь, где мы можем получить наиболее достоверные данные о траектории?

– Где?

– В ВВС Соединенных Штатов. Бьюсь об заклад, ИАО записывает все подряд.

– Неплохая мысль. Надо выйти на связь с нашим человеком в ИАО и потребовать, чтобы он проверил запоминающие устройства.

– ИАО наверняка тоже рыщет в том районе, отыскивая обломки.

– Но им ничего не известно об экипаже. Мы найдем их раньше.

– Это будет нелегко сделать. Как говорится об этом в земной пословице? Найти иголку в мусорной яме?

– В стогу сена.

– Вот-вот! Иголка в стогу сена!

– И ты уверен, что они живы?

– Не сомневаюсь.

10

«Ворнин, кажется, спит», – подумала Кэтрин без особой уверенности. За четыре дня, что она укрывала его у себя в доме, Кэтрин убедилась только в одном: она ни в чем не может быть уверена, когда дело касается его.

Она стояла рядом с кроватью, рассматривая спящего. Глаза закрыты. Под веками глазные яблоки не движутся. Мерное, глубокое дыхание. Все признаки сна. Но иногда ей казалось, будто он делает вид, что спит, чтобы не обмануть ее ожиданий. Временами он словно бы отключался – как машина. Щелк – и все!

Теперь Кэтрин была уже убеждена, что принимает в своем доме существо с другой планеты. Потребовалось время, чтобы привыкнуть к этой мысли.

Впервые подозрение зародилось в тот самый миг, когда она связала появление странного гостя с огненной вспышкой. И подозрение это росло день ото дня по мере знакомства.

Оранжевый оттенок крови. Странный костюм. Непонятные инструменты.

Взять хотя бы тот маленький фонарик! А температура его кожи! Тридцать градусов Цельсия! И эти загадочные слова, которые он произносил в бреду.

Бред без жара. Легкость, с которой она вправила кости. Неестественный вес тела – килограммов на двадцать-двадцать пять меньше, чем можно было бы ожидать.

За все четыре дня он ни разу не воспользовался судном – молча поставил его под кровать, да о нем и не вспомнил. Ел он регулярно, очень много пил, и тем не менее не испражнялся и не потел. Кэтрин могла не заметить многие из странностей Ворнина, но только не это! Куда деваются продукты выделения? Какой у него обмен веществ? По натуре своей она не была склонна к отвлеченным размышлениям, но сейчас было трудно уклониться от них.