|
Еще двое торопились позади лидера, но сильно отстали. Когда самый быстрый, цепляясь рукой за кирпичную кладку, чтобы быстрее пройти поворот, забежал за угол, там его ждал сюрприз. Я, распластавшись вдоль стены, не дал ему ни мгновения на оценку обстановки, схватил его за нижнюю рубаху, с каким-то цветастым флагом во всю грудь, и, придав ему дополнительное ускорение, развернул его спиной к стене. Мой противник тоже схватил меня за лацканы серого пиджака, в который я был облачен, выражение азарта на его лице сменилось неподдельной радостью, заорал что-то типа «я его держу» на каком-то тюркском языке, и тут я его ударил прямым ударом лба в подбородок. И если мой удар, откинувший его голову назад, ослабленный моим болезненным состоянием, вряд ли заставил его отпустить добычу, то встреча затылка парня с каменной кладкой свое дело сделало.
Парень поплыл, его руки ослабли, я вырвался и пнул его прямым в пах, после чего он, зажав руками живот, сполз вниз по стене, а я побежал дальше. Больше меня никто не преследовал, но происходило нечто странное. Во мне как будто кто-то проснулся. Не зависимо от моего сознание, тело целеустремленно направились по какому-то маршруту, рука уверенно достала из внутреннего кармана пиджака платок и стала энергично стирать с лица кровавые сгустки. Через несколько минут, пропетляв по местности, где я, точно, никогда не был, я вошел в парадную огромного дома, напоминающего американские «тучерезы» из газетных фотографий.
Глава 2 Неожиданный сосед
Пройдя по короткому коридору, со стенами, отделанных блестящим полированным камнем, я, или не я, подошел к узкому проему, вход в который перегораживала глухая двухстворчатая дверь Тонкая рука нажала на большую блестящую кнопку права, что-то зажужжало, створки дверей разъехались в стороны, и я шагнул в оббитую блестящей жестью маленькую кабинку, в которой я с трудом опознал лифт. Мне посчастливилось, в бытности проездом через Москву, пару раз проехаться в нем в здании одного из наркоматов. Множество кнопок украшали серый, матовый пульт. Самой большим номером было «двадцать четыре». Внизу я с удивлением рассмотрел кнопки с отрицательными значениями «минус один», «Минус два» и «минус три». Палец с неровно остриженным ногтем уверенно ткнулся в кнопку с цифрой «восемнадцать», в середине ее вспыхнула маленькая синяя точка, на экране в верхней части пульта с большой скоростью стали сменятся цифры — лифт легко взлетел вверх, без грохота и рывков троса. Когда кабина закончила свое движение вверх, двери с грохотом разъехались в стороны, мое тело вышло в длинный коридор, окрашенный светло — зеленой краской с множеством одинаковых дверей, покрытых удивительно ровно наложенной краской. Я двинулся к одной из них, с номером «четыреста пятьдесят шесть», открыл ее забавным маленьким ключом со множеством сложных вырезов и пазов. Скинув странные ботинки, похожие на обувь индейцев Северной Америки, по названию мокасины, я сделал всего пару шагов в маленькой квадратной прихожей, где на вешалке висели куртки и плащи необычно ярких расцветок, и шустро шмыгнул в небольшую уборную комнату, защелкнув на щеколду дверь за собой. Мое тело шагнуло к удивительно белому умывальнику, сделанному из массивного куска фарфора, с большим зеркалом над ним. Над зеркалом висела удивительный светильник, освещавший уборную ярким светом десятка маленьких электрических лампочек. Каждый фонарик был раз в пятьдесят меньше размера привычных мне электрических лампочек, но ровного, теплого счета давал примерно столько-же. Из гладкого, без искажений, зеркала меня смотрело отражение худого пацана лет четырнадцати, рост около метра шестидесяти пяти — семидесяти сантиметров, с четко очерченным пятиугольным лицом, волос темно-русый, волосы по бокам коротко выстрижены, на лоб спадает длинная челка, зачесанная вправо. |
