Мой начальственный взор устремился на Кила Дрю. Теперь он выглядел старше своих пятнадцати лет, щеки впалые, кожа бледная. Сразу видно, что он считал себя виновным в гибели товарища и сильно переживал.

– Кадет Дрю?

– Так точно, сэр.

Что бы ему сказать? Ничего дельного в голову не лезло, поэтому я просто глазел на всех троих. Что теперь с ними делать? Первым делом, наверно, надо распределить по казармам.

– Вы догадываетесь, зачем вас отправили сюда?

– За низкую успеваемость и плохое поведение, сэр, – ответил Кил Дрю. В его голосе сквозила горечь.

– Чтобы вы, посмотрев на нас, приняли окончательное решение об отчислении нас из Академии, – добавил Арнвейл.

– Кто вам это сказал?

– Сержант Радс, сэр. Черт бы его побрал!

– Нет, я вызвал вас… – Я прикусил язык. Нельзя им говорить правду. Ход рассуждений сержанта можно понять, ведь здесь в Девоне они вынуждены будут повторять уже пройденные программы, а такой участи заслуживают лишь безнадежно отстающие. Именно так будут относиться к этой троице другие кадеты. Что я наделал?! Придется импровизировать. – Я вас вызвал для… проверки экспериментальной программы. Дело в том, что некоторые кадеты нуждаются в индивидуальном обучении. Конечно, это временная мера. Здесь вы будете жить в одной казарме и изучать программу Фарсайда.

– Пардон, сэр, а чем мы будем заниматься кроме учебы? – робко спросил Кил Дрю.

Хороший вопрос, жаль только, я заранее не придумал ответа. Главное – делать вид, будто ответ мне известен.

– Вы будете моими помощниками, – брякнул я первое, что пришло в голову. – Будете сопровождать меня в полетах в Фарсайд и обратно, будете… – Черт возьми, что они еще могут делать? – Будете выполнять прочие самые разнообразные поручения и все, что я вам скажу. В моем кабинете. В приемной, конечно. – Я исходил нервным потом. – Об остальном узнаете потом, а пока хватит. Идите к сержанту Киндерсу, он направит вас в казарму. В казарму сержанта Ибареса. – Рамону Ибаресу можно довериться.

Как только за троицей закрылась дверь, я рухнул в кресло. Какой маразм! Полный! Что я натворил?! Какого дьявола я мямлил перед кадетами, как салага? Черт меня дернул за язык наплести про индивидуальное обучение? Никогда в Академии этого не бывало. Придется выдумывать для них какие-то обязанности.

По сути дела я вырвал эту троицу из налаженной системы обучения Академии и взвалил ответственность за их успеваемость на себя. Этого мне только не хватало! Хуже того, я нарушил святую традицию. Капитану не пристало общаться с кадетами, он просто должен их не замечать. Теперь же они узнают меня лучше, увидят все мои недостатки. Разве смогут они после этого меня уважать?

11

На следующий день я поручил сержанту Киндерсу дать кадетам Арнвейлу, Дрю и Стрицу задания. Работы для них нашлось достаточно, чего и следовало ожидать, поскольку офицеров у нас не хватало и некоторым гардемаринам пришлось взять на себя обязанности лейтенанта Слика.

Прошел еще день. Наконец утром замороженный труп Дарвина Слика вывезли на тележке за ворота Академии к вертолету. Я провожшт замаскированное под багаж тело коллеги с молитвой и чувством вины. Напрасно мы скрыли его смерть. Пусть решение принял сам адмирал, но я тоже в этом участвовал, а значит, разделяю ответственность.

В столовой троица из Фарсайда сидела с остальными кадетами. Разумеется, за круглый стол я их не пригласил. Моими помощниками они не стали – наплевав на собственные обещания, я отделался от них в тот же день и ничем их не выделял из общей массы кадетов.