– Как же нам быть? – спросил сенатор Ричард Боланд.

– Те, кто считает казарменные условия неприемлемыми, могут лететь обратно, шаттл ждет вас, а те, кто способен переночевать в казарме, могут остаться.

– А как же проверка?

– Я могу принять вас в Девоне, там в городе неподалеку от Академии есть фешенебельные отели. Извините, у меня много работы. – Я гордо развернулся и прошествовал к выходу.

Плотно прикрыв дверь, отключив телефоны, я расхаживал по кабинету. Какого черта я опять не сдержался?! Какого черта снова проявил свой бешеный норов? Дагани сместит меня с должности этой же ночью, как только разъяренные сенаторы доведут его своими звонками до белого каления. Тем более после инцидента на борту «Веллингтона» Дагани только и ждет удобного случая, чтобы от меня избавиться.

Лично мне наплевать на отставку, окунусь в тихую семейную жизнь с Анни. Обидно другое – пострадает Академия, пострадают кадеты.

Стук в дверь. Вошла сержант Обуту.

– Никого не принимаю! – рявкнул я.

– Хорошо, сэр. – Кина удалилась.

Я снова забегал по кабинету, яростно пнул стоявшее на пути кресло. Нет. ну это ж надо было нас так обозвать! «Животные»! «Трущобники»! Ну и что? Подумаешь, обозвали. Когда я был кадетом, и не такого наслушался.

Снова стук в дверь. Я раскрыл рот, чтобы рявкнуть на сержанта, но вошел Йохан Стриц.

– Простите, сэр, но вчера вы сказали, что я могу делать домашнее задание у вас в кабинете.

– Прочь! Нет, отставить. Оставайся, делай свои уроки. – Я снова начал бегать туда-сюда.

– Есть, сэр. – Йохан сел в кресло, достал свой ком-пьютерик. – Видели бы вы, сэр, как они уходили.

– Делай уроки! – прикрикнул я. А может, Дагани отправит меня в отставку утром? Значит, ночью я еще имею право воспользоваться нашим шаттлом для полета в Девон, – Ладно, Йохан, рассказывай!

– Та дурная старуха кричала… Ой! Простите, сэр. Миссис Уэйд громко называла вас солдафоном, авантюристом, садистом, неандертальцем и извращением, которому доставляет удовольствие мучить своих начальников. А сенатор Мимкин назвал вас моральным уродом и…

В дверь стукнул и тут же влетел Джефф Торн.

– Знаю, знаю, что ты никого не принимаешь, но дело очень серьезное, – затараторил он с ходу.

– Пошли вы все к чертовой матери!

– Это не для кадетских ушей, – покосился он на Стрица.

– Говори при нем!

– Есть, сэр. Сержант Ольвиро застукал двух своих подопечных кадетов во время… Как бы это приличней выразиться… Короче, они трахались.

– Ну и что?

– А то, что они из одной казармы!

– Из одной?! – ужаснулся я.

– Да, сэр. Таня Гувир и Чамберс. Их койки стоят рядом. Сержант послал их на порку ко мне, но я думаю, такой случай заслуживает разбирательства в этом кабинете.

– Какие могут быть разбирательства! Выгнать обоих, и дело с концом!

– Не слишком ли? Конечно, они поступили отвратительно, но…

– Выгнать! – рявкнул я и грозно зыркнул на Стрица. – А ты что вылупился?!

Кадет покорно уставился в свой компьютер.

– Ладно, Джефф, – смягчился я, – делай с ними, что хочешь. Всыпь им так, чтоб неделю сидеть не могли!

– Хорошо, сэр.