– Итак, мое будущее в ваших руках. Один ваш звонок закончит мою карьеру.

– Господи Иисусе, что вы такое говорите, Сифорт? – ужаснулся сенатор.

– Сэр, если вы хотите гордиться своим сыном, не вмешивайтесь в нашу работу. Ваше вмешательство причинит ему много вреда. – В трубке послышалось невнятное мычание. – Поверьте мне, так вашему сыну будет лучше.

Боланд молчал. Должно быть, моя тирада произвела на него должное впечатление. Не дождавшись ответа, я положил трубку.

Часть 2

Октябрь, 2201 год от Рождества Христова

8

К моему неудовольствию на орбитальной станции «Порт Земли» меня снова встречали. На этот раз послали старшего гардемарина Томаса Кина. В следующий раз придется ехать без предупреждения, а еще лучше – запретить им посылать встречающего. Я не больной и не старик, сам могу таскать свою сумку, а главное – нечего тратить попусту деньги, они нам понадобятся для дополнительно набранных кадетов.

Спустя несколько часов я вошел в шлюз Фарсайда, где меня встретил дежурный офицер. Это был лейтенант Ардвелл Кроссберн. Сплошные неприятности! Он отдал мне честь, я козырнул, не проронив ни слова. Зря я все-таки от него не отделался.

– Как доехали, сэр? – с приторной вежливостью поинтересовался он.

– Нормально, – буркнул я.

– Чем могу вам помочь?

– Ничем. Впрочем, зайдем ко мне в кабинет. Надо поговорить.

– Хорошо, сэр.

Мы пошли по лабиринту коридоров. Коротышка, слава Богу, молчал. Наконец мы вошли в мой кабинет. Я бросил на пол сумку, кинул на стол фуражку и начал допрос:

– Вы все еще ведете дневник?

– Да, сэр, – учтиво ответил Кроссберн.

– Как и раньше, вы записываете все происходящие события?

– Да, сэр. Это мне необходимо для анализа, ведь в памяти все не удержишь.

– Вы заводите разговоры с офицерами о вашей писанине?

– Случаются разговоры, сэр, вернее, просто застольная болтовня, ничего серьезного. Так я и знал! Он неисправим.

– Лейтенант, приказываю вам воздерживаться от описания событий и предметов, не имеюших к вам непосредственного отношения. Строго запрещаю вам обсуждать описываемые вами события с офицерами, сержантами, кадетами и обслуживающим персоналом Академии.

– Сэр, при всем к вам уважении должен обратить ваше внимание на то, что подобный приказ не является законным, ибо посягает на мою личную свободу и не имеет отношения к исполнению служебных…

– Молчать! – Я выразительно помахал пальцем у его носа. – Можете жаловаться в Адмиралтейство! Это я вам разрешаю. – Наверняка там не станут выслушивать его бредни. – А пока выполняйте приказ, иначе я… иначе… – Чем же ему пригрозить? Черт возьми, все вылетело из головы!

– Да, сэр? – Кроссберн был сама любезность.

– К сожалению, здесь у нас нет шлюпки, но если я хоть раз услышу, как вы задаете свои шпионские вопросы, вы немедленно отправитесь на учебную орбитальную станцию в должности надзирателя.

– Этим вы окажете мне большую честь, сэр. Буду рад…

– С постоянным проживанием на станции! – яростно добавил я.

Это заставило его заткнуться. Несколько месяцев в году учебная станция совершенно безлюдна. Бродя в полном одиночестве по пустынным коридорам, Кроссберн сможет сочинять там свои нелепицы сколько ему влезет. Жаль только, сформулировал я свою угрозу не лучшим образом. Теперь, чтобы избавиться от него, мне придется услышать его «шпионский» вопрос кому-либо (не мне, разумеется) собственными ушами, а это маловероятно.