Я расхаживал из угла в угол, борясь с возрастающей тревогой и смятением. Отец был ведущим членом администрации Сифорта. Если бы Сифорт испортил свою репутацию, это сильно бы ударило по предвыборной кампании отца. И все же… Был ли я крайне против того, к чему он стремился?

Телефон зазвонил. Торн взял его, поглядел на меня, надел шлем секретности. Разговор длился долго, затем он снял шлем.

– Я сказал Генеральному секретарю Кану, что ты присутствуешь, и он хочет, чтобы ты подключился. – Он переключил телефон на громкую связь.

Я глубоко вздохнул.

– Господин Генеральный секретарь?

– Действительно ли Сифорт в здравом уме? – Тон Кана был груб.

А любой из нас? Я удержал себя от подобного высказывания.

– Я… Думаю, что да.

– Какова позиция вашего отца?

– Он не знает о «Галактике». Что касается мятежа, он сказал, что поддержит вас публично, и он сдержит свое слово.

Тон Кана был резок.

– Почему вы упоминаете «Галактику» и нижних рядом?

– Моя… да рабочая гипотеза заключается в том, что цель Сифорта – остановить наш точечный лазерный огонь.

– Джефф сказал мне, что он казался расстроенным, – задумчиво произнес Кан, – Я не на сцене, поэтому вот вам правда. У нас полно проблем – Чикаго на грани войны; мы приводим в состояние готовности резервные силы. Верните ваше судно, адмирал, чего бы это ни стоило. Даже если это означает уничтожать его. У меня не будет вооруженного корабля над головой, противостоящего нашей власти.

– Вы приказываете мне стрелять по «Галактике», сэр?

– Справьтесь с этим, сделав все возможное. Нет, я не приказываю вам открыть огонь, но разрешаю это в случае необходимости. Конечно, поступите так, если он угрожает нашим войскам на суше или орбитальной станции. И, ради бога, держите это в секрете.

– Да-да, сэр! – Сеанс связи закончился.

Мы обсуждали варианты, когда от «Галактики» была получена новая аудиозапись.

– Адмирал, это Сифорт. Пожалуйста, сообщите Генеральному секретарю, что я предпочел бы избегать затруднений. Но если он не остановит лазерный огонь по Нью-Йорку через тридцать минут, я приму те меры, какие я считаю необходимыми.

– Ник? Слушайте меня!

Тишина в ответ. Я продолжал:

– Это ваша угроза. Вам лучше бы подготовиться к атаке.

– Я не слышал угрозы, но я сообщу Кану, – сказал Торн.

Генеральный секретарь слушал, не комментируя. Затем:

– Я хочу, чтобы все лазерные пушки продолжали непрерывный огонь, выполняя приказы Рубена. Все, кроме одной. Приберегите ее для «Галактики».

– Сэр…

– Я ответственный, не Сифорт. Если он выстрелит, уничтожьте его судно. Дотла.

– Да, да, сэр! – Торн положил на место телефон.

– Иисус, Джефф! – воскликнул я.

– Не волнуйся. Держу пари на обед в «Лунаполис Хилтон», что Сифорт даже не приведет в действие оружие.

– Почему нет?

– Это не его стиль.

– Вы думаете, что он блефует?

– Нет, – ответил Торн. – Не думаю. – С гримасой отвращения он продиктовал в микрофон приказ о подготовке к атаке.

В течение следующей половины часа я расхаживал по командному центру взад и вперед, грызя ногти.

– Адмирал, это Ник Сифорт.

Мы ждали аудиозапись, но…

Тишина. Колеблясь, Торн включил свой телефон.

– Ник?

– Да.

– Вы освобождены от должности! Вы отправляетесь под арест, откройте ваши внешние переходные шлюзы…

– Нет, сэр! – Тон капитана был решителен.