|
Мне ужасно хотелось, чтобы Зара могла постоять за себя, даже когда меня не будет рядом. Особенно когда меня не будет рядом. У Азары все складывалось отлично, я же взялся устраивать свою собственную жизнь. Отдаваясь работе с самоотверженностью и самозабвенностью юного поэта, я учился драться и владеть мечом, хотя через некоторое время отдал предпочтение парным эльфьим саблям. Тогда же я просто худо-бедно научился махать мечом и возомнил себя Грозой Морей. Да, уже тогда я выдумал себе это прозвище, несмотря на то, что их имели только наш капитан и приближенные к ней люди. Примерно через месяц после того, как мы попали на корабль, случился первый налет. Мы взяли на абордаж торговое судно, плывущее из Роккама в Соллос. Миранда рассчитала все верно: в Соллосе не было ничего, кроме даров моря, значит, им могли везти много всего интересного. Вопреки моей уверенности, что купеческие суда могут только вопить о помощи и разбегаться в разные стороны, корабль оказался полон вооруженных наемников. Миранда этому обрадовалась – чем больше охраны, тем ценнее груз. Я всячески отнекивался от того, чтобы идти на абордаж, но не смог увильнуть. Мне было четырнадцать лет, команда принимала меня за равного, не считая мальчишкой, и трусить было по меньшей мере унизительно. Пиратами становятся, я это уже говорил? В тот день я им и стал, когда мой меч обагрился кровью невинного человека. Скажу откровенно, я ни на кого не нападал, стараясь остаться в стороне от кипящей битвы, но все равно находились умники, решившие атаковать одиночку. В тот день я убил троих и долго пребывал в состоянии шока. Позже, когда подсчитывали убитых и делили богатую добычу, я, как сквозь сон, услышал голос Миры: «Рэнди храбро сражался сегодня. Он убил троих, хотя это был его первый бой». Она положила руку мне на плечо. «Людей убивать всегда нелегко. Но тут выбор небольшой: либо ты, либо тебя. Сегодня ты имеешь право на долю. Выбери сам то, что тебе больше по душе». Я и выбрал. Две красивые эльфьи сабли, с которыми не расстаюсь и по сей день, расшитый золотом черный камзол и треугольную шляпу с большим пером. Я полностью вошел в состав команды. Меня больше не заставляли драить палубу, и в тот вечер впервые пригласили за общий стол. Я порядком захмелел от медовухи и рома, раскрыв свой певческий талант, и с тех пор пел уже на каждой пирушке, меняя репертуар от похабных песенок до романтически-возвышенных.
– Но как же ты стал капитаном «Сирены»? И куда делась Мира? – не выдержал Кэррим. – Терпение, мой друг, – улыбнулся Рэд. – Под командой Миранды я плавал семь лет. За это время я стал, без ложной скромности, ее любимчиком, да и другие относились ко мне без злобы, потому что я не прятался во время сражений и не забирал себе лучшую добычу. Я даже установил новое правило: пират, больше всех проявивший себя в морском сражении, первый получал право выбрать свою часть добычи, и дальше по иерархии. Мире такое нововведение понравилось. Это подстегивало стимул каждого члена команды быть лучше других. Азара тоже не отставала. В свои шестнадцать лет она научилась уже превосходно владеть мечом и танцевать в бою. Я беспокоился, видя, что смерть доставляет ей удовольствие. Моя сестра сильно ожесточилась, и во многом я винил в этом именно себя. Азара себя ни в чем не винила. Она просто жила и наслаждалась пиратской жизнью. В нее были влюблены все члены команды, которые не были влюблены в Миру. Рэнди примолк, заново переживая события своей жизни, о которых он никому еще никогда не рассказывал. – В ту ночь, когда погибла Мира, мы не ожидали нападения. Это было подло, все пираты знали, что во всех морях Элатеи не отыщется корабля быстроходнее, капитана справедливее, а команды сплоченнее, чем на «Сирене». Это многих не устраивало, и ночью, когда все спали, упившись с вечера рома и эля, нас взяли на абордаж. Многие были убиты, многие взяты в плен. |
