Толпа одобрительно заревела. Крестьяне потрясали вилами, воины копьями, а купцы — кулаками. Люди скандировали лишь одно слово: «Сжечь! Сжечь! Сжечь!»

Хорошее настроение улетучилось моментально. Это было уже не крестьянское мракобесие, быстро вспыхивающее и быстро затухающее. В Деммерворте шла целенаправленная, жестокая и беспощадная охота на ведьм. А значит следовало быть вдвойне осторожным.

Глава 4 «Наёмник»

— О, да ты никак принарядился, — хмыкнул Тур, осматривая меня с головы до пят. Дрова он уже не колол. Просто сидел на крыльце и жевал соломинку.

— Вроде того, — кивнул ему я, — Так хоть выглядеть буду не как головорез с большой дороги. Да, кстати, как там наша принцесска?

— Та которая с лютней, — хохотнул Тур, сходу поняв на кого я намекаю, — Спит, как младенец. Похоже, его тоже немало помотало в последнее время.

— Война помотала всех, — сплюнул я, — А её последствия многих продолжают мотать до сих пор. Ладно, собирайся. Пойдем сейчас к местному старосте, спросим насчёт работы. Кстати, а где Вернон?

— Пошёл на рынок, продавать травы. Надеется найти там торговцев, которым можно сбыть это барахло хотя-бы за пару альдингов.

Зараза. Надеюсь у него хватит ума не трындеть направо и налево про то, в чьей кампании он путешествует. Мне как-то совсем не улыбается перспектива быть сожжённым заживо. Да и его скорее всего вздёрнут на ближайшей виселице, как пособника чародея.

— Ладно, пойдем к местному старосте — узнаем насчёт работы, — кивнул я здоровяку, — Может встретим и Вернона по дороге.

Тура долго уговаривать не пришлось. Делать ему всё равно было пока нечего, так что он взял свою здоровенную секиру, нахлобучил на голову подшлемник и шапель, и без лишних разговоров направился вслед за мной.

До площади добрались без особых проблем. Разве что пара Деммервортских стражников, попавшихся нам по дороге, косо на нас посмотрели и направились дальше, в сторону городских ворот. Значит, всё-таки они патрулируют улицы. По крайней мере — днём.

Я тихо надеялся, что старик за прошедшее время успел закончить свою «проповедь», и горожане разошлись по домам или занялись своими делами. Но уже на подходах к рынку стало ясно, что надежды были напрасными. Напротив, на площади собралась уже огромная толпа. Человек двести, а может и все триста. Они стояли плотным кольцом вокруг помоста и чего-то ждали, периодически друг с другом переговариваясь.

Перед тем самым помостом стоял довольно высокий деревянный столб, под который несколько молодых послушников ордена уже укладывали брёвна. Некоторые горожане с большим энтузиазмом им в этом помогали. Колода получалась внушительная, высотой в половину человеческого роста. Несколько человек тащили к костру объемные глиняные бутыли. Скорее всего в них было масло.

Внезапно на другой стороне площади раздался отчаянный крик. Толпа зашевелилась. Люди начали поворачиваться к источнику шума. Там, из бокового проулка, уходящего куда-то в трущобы два воина, облачённые в форму ордена тащили на цепи какого-то бедолагу. Это был человек. Голый и истощённый. На спине краснели кровавые раны от ударов кнутом.