Келлер указал на ряд красных точек с одной стороны плана и возле кружка, которым было обведено что-то непонятное у стены.

— Что это? Объясни. И убавь этот грохот. Хозяин не услышит, я и то не слышу тебя. Что это за точки?

Мужчина подошел и сел рядом на кровать.

— Это черновой набросок, чтобы не забыть, понимаешь? Собор святого Патрика, где ты будешь действовать. Вот это неф, видишь? Слева — боковой проход. Ты идешь по нему мимо алтаря вот до этого места, помеченного кружком. Понятно?

— А это что?

— Кабина для исповеди. Специальная кабина для глухих. Сейчас ею никто не пользуется, понятно?

Келлер ничего не ответил. Его раздражало это назойливое слово в конце почти каждого предложения.

— А точки показывают, откуда твоя цель появится и куда пойдет.

— А кто моя цель?

— Разве тебе не все равно, кого прихлопнуть? — Вопрос прозвучал дружелюбно, словно его спрашивали, какое пиво он любит больше.

— Я что-то не понимаю тебя, — сказал Келлер. — Мне платят, и я хочу знать, что я должен делать. Если ты знаешь, скажи мне, и дело с концом.

— Ладно уж. В понедельник — День святого Патрика 17 марта — национальный праздник Ирландии. У нас здесь это большой праздник, дружище. Ирландцы в этот день не расстаются с бутылкой виски. Но начинать свой праздник они любят с богослужения и парада. Тебя должно интересовать только богослужение. Оно проходит в соборе, где и будет находиться твой объект. Он выйдет из двери возле исповедальни. Как выглядит кардинал, ты хоть знаешь? — усмехнулся мужчина, глядя в лицо Келлеру.

— В красной мантии.

— Точно. Как Санта Клаус, только без бороды. Вот его-то ты и должен прикончить — кардинала Регацци. Во время торжественной мессы в понедельник утром, понятно? На плане показано, откуда он выйдет. Через эту же дверь и уйдет. Ты можешь подпустить его поближе к кабине или пальнуть, когда он направится к алтарю.

Келлер снова посмотрел на план:

— Как я выйду оттуда?

— Рядом с кабиной есть выход на Пятьдесят первую улицу. Вот здесь, — указал карандашом связной. Келлер заметил, что карандаш был обгрызан. Значит, не такой уж он невозмутимый тип, как кажется. — Вот тут ты выйдешь, — провел он небольшую черту на плане. — В дверь между исповедальней и входом в резиденцию кардинала. Боже тебя упаси перепутать двери, а то попадешь еще в покои кардинала! А там уж не жди, что тебе окажут любезный прием после того, как ты продырявишь башку их господину! — засмеялся мужчина. Как ни странно, смех у него оказался приятным и добродушным.

— Ну как, пока все понятно?

— Пока да, — ответил Келлер. — Но у меня много вопросов.

— Все ответы у меня тут, — постучал по голове связной. — Весь план операции, понятно? — добавил он свое неизменное словечко. — Вот слушай. Месса начнется в десять тридцать. Когда кардинал выступает где-нибудь со своими нравоучениями, все вокруг кишит цэрэушниками и копами. Туда и зубочистку не пронести, приятель, не то что пушку. Но тебя это не должно волновать. Ты входишь в собор, чист как младенец, идешь по левому проходу и останавливаешься возле исповедальни. Там уж сам выбирай подходящий момент, чтобы нырнуть в кабину. Сразу за зеленой занавеской увидишь что-то вроде халата. Надень его. В таком одеянии церковные служки собирают пожертвования. В той части собора довольно темно. Не бойся, если кто-нибудь из этих парней тебя увидит. В День святого Патрика всегда выделяют лишних людей, чтобы следить за публикой.