— Почему ты не попросишь кого-то другого?

Замечаю, что она старается не смотреть ниже моего подбородка.

— Никто другой мне не подойдет. — Развожу руками. — Я пришел специально за тобой.

С кривой ухмылкой она закатывает глаза:

— Что за бред?

В последний раз мысленно утверждаюсь в правильности своего решения.

— Нет. Я вполне серьезно.

Она дико посмеивается. Точно приговоренный к расстрелу, еще не верящий до конца в свою участь. Затем улыбка медленно сползает с ее лица. Вдыхает, выдыхает, переводит взгляд с меня на Макса и обратно.

— И кого нужно… сыграть? — Ее голос взволнованно скрипит.

«Придется, как следует, поработать, чтобы привести ее эмоциональное состояние в стабильность. У нас не будет права на ошибку»

— Саму себя. — Отвечаю с улыбкой.

Но ее это явно не веселит.

— Так. — Нехотя кивает, сжимая губы. Будто приказывает себе успокоиться. — Хорошо. — Соглашается категорическим тоном. — А… кого ты разводишь?

Она ерзает, протирая лопатками стену, точно боится услышать мой ответ. Дышит тяжело, периодически бросая взгляды на дверь номера.

— Одного урода. — Говорю небрежным тоном. — Думаю, тебе даже самой захочется принять участие в это деле, когда ты узнаешь.

— Его имя? — Спрашивает нетерпеливо.

Бросаю взгляд на Макса. Тот отрывается от пожирания глазами нашей гостьи и пожимает плечами, типа: «давай, валяй, обрадуй ее».

— Его имя Майор. — Отвечаю коротко.

И мое сердце принимается отплясывать в груди бешеную чечетку. Предвкушение отбрасывает к черту все сомнения и голодным зверем в очередной раз требует унять эту острую жажду мести. Я даже не уверен, смогу ли успокоиться, когда все будет кончено.

— Нет. — Услышанное заставляет девушку побледнеть снова. Она отрицательно мотает головой. — Ни за что… — Испуганно лепечет, надеясь, что все это шутка. — Я не согласна.

И паника, охватившую все ее существо, прорывается наружу сквозь плотно зашторенные в душе эмоции, сквозь сжатые губы и стиснутые добела кулачки. По расширенным в ужасе зрачкам догадываюсь, что все гораздо серьезнее, чем казалось на первый взгляд.

— Ты не поняла. — Мне жаль девчонку, но я должен это сказать. — Я не даю тебе выбора.

И разворачиваю телефон экраном к ее лицу.

7

Соня

Не сразу понимаю, что такое на дисплее. Стук моего сердца заглушает его слова, дыхание неумолимо учащается, но, чтобы не выдавать своего страха, цежу воздух маленькими глоточками, будто сбитая автомобилем собака на обочине.

— Что?… — Осекаюсь.

На фото мелькает форма моего брата. Приглядываюсь.

Он это. Сидит за столом, а напротив него мужчина пожилой в костюме. Вот почему Свят до сих пор не явился мне на выручку — он у них!

— Где мой брат? — Делаю отчаянный шаг вперед.

Я этому придурку глотку перегрызу за своего мелкого, пусть только посмеет тронуть!

— Тише, Сонечка.

Пытаюсь отойти от состояния шока, которое накрыло меня после того, как увидела голый торс незнакомца. Забываю про отклеенные усы, про слова, которые больно резанули сердце, про имя, произнесенное вслух, которое никогда больше не хотелось бы слышать.

— Что вы с ним сделали? — Накидываюсь на него с кулаками.

И второй раз за вечер он скручивает меня своими могучими ручищами, чтобы присмирить, как жалкую дворнягу.