Loading...
Изменить размер шрифта - +

Наше зло меньше их, но разве это что‑нибудь меняет? Зачем мы это сделали? Кому это было нужно?

Для меня ничего не разрешилось. Я не могу смотреть на записи, присланные с Спящей.

Если бы я мог, как Ганс, , поверить, что это все фальшивка.

Я стараюсь представить, что это смерти сущест, погрязших в пороков, дьяволов, убийц, что они прикрывались своими собственными детьми. Но не могу.

Я надеюсь, что, в конце концов, это пройдёт, – может быть не скоро, но хотя бы когда‑нибудь.

Момы не учили нас этому.

Мы покинули Левиафан две десятидневки назад. Разведчики до сих пор летают сквозь обломки, изучают, но мы больше не будем иметь дела с ними. Мы ускоряемся при одном g, нам до сих пор кажутся наиболее комфортабельными замные условия. В корабле, мчащемся почти со скоростью света, пройдёт за это время около двадцати лет, поэтому момы погрузят нас в холодный сон. У нас есть год – подумать обо всём и излечиться.

Снова формируются устойчивые диады.

Попозже придёт с визитом Ариэль. Из неё получается хороший Пэн, – лучше, чем был я.

Паола поглядывает на Ганса. Можете вы поверить в это?

Я написал последнее послание Теодора. Затем я вывел его из памяти корабля. Я должен справиться со всем – с жестокостью жизни, страхом, ответственностью за свои поступки. Думаю, я смогу.

 

 

Спутник Зари – Второй

 

Я помогу им выбрать новый мир и адаптироваться в новых условиях.

Уменя нет инструкций, как поступать с теми знаниями, которые мы получили ценой наших совместных усилий. Не обладая сведениями, как другие корабли поступают в таких случаях – при работе с разумными существами и получении обширной потенциально опасной информации – я не имею выбора.

Когда люди разместятся, я разрушу сам себя.

Я уже не тот, каким меня сделали. Все качества изменились, я приобрёл свойства и стал обладать знаниями, которые не допустимы по Закону для самовосстанавливающихся машин, каким я и являюсь.

Я наблюдал за ними, но никогда не говорил, что ждёт их и меня в будущем. Им было бы некомфортно с таким знанием. Они бы задавали вопросы, на которые я не смог бы ответить. Они были беспомощны, они подвергались невероятным опасностям, но они уцелели. Они способны поглотить много боли, много знаний и при этом уцелеть.

Они или их потомки будут свидетелями всестороннего величия Вселенной, это чрезвычайно обогатит их.

Как я хотел бы это увидеть, но я не увижу.

 

Небесный Глаз

 

(Запах корицы, свежеиспечённого хлеба, свежескошенной травы, просоленного морского воздуха)

Мы мы видим мы наш мир, и путешествуем в одной туго сплетённой косе, непоколебимые.

Это позорная победа, и надо много думать об этом, , пока мы мы не станем обновлёнными и вновь способными на свершения.

 

Алдервуд Манор, Вашингтон

Август 30, 1991

Быстрый переход