— Хозяюшка! — взвыл мальчишка, сжимая кулаки в бессильной ярости. Остальные слуги вскочили на ноги и смотрели на меня с откровенной неприязнью.

— Нет, Клод, я так не думаю, — смягчилась я. — Но ты передай всё это всерьёз, и добавь что-нибудь от себя. Например, что ни один настоящий мужчина не будет прятаться, когда женщинам угрожает опасность. Понял меня?

— Ещё как, хозяюшка! — просиял мальчишка, которому, смею надеяться, и самому не улыбалось сделаться жертвой местного хулиганья.

— Тогда быстро к Лирье, и не возвращайся, пока не приведёшь его сюда. С оружием!

Клод умчался, и я обратила внимание на остальных участников нашей беседы.

— Я приношу вам свои извинения за резкие слова, сказанные относительно ваших соотечественников, — твёрдо выговорила я. — Никогда я не думала ничего подобного и, будьте уверены, считай я, что господина Лирье можно вызвать сюда другим способом, я бы к нему прибегла.

— Вы бросаетесь слишком резкими словами, дитя моё, — дрожащим от старости голосом ответил Тивен, надевая перевязь со шпагой. — Они не помогут вам приобрести друзей.

— Я ещё раз прошу вас простить меня, — церемонно поклонилась я, зная, что «устрицы» не могут обойтись без спектакля в защиту своей чести.

— Я не сержусь на тебя, деточка, — прошамкал Тивен. — И пока я жив, моя шпага к твоим услугам.

Юна невежливо фыркнула, Жани отвернулась, и только Анита сохранила непоколебимое спокойствие.

— Я невероятно ценю вашу помощь, дорогой мой хозяин Тивен, — серьёзно ответила я, ещё раз поклонившись. Старик ответил глубоким поклоном, который сделал бы честь и молодому, и я знаком приказала Юне увести пожилого защитника в его комнату.

Едва они удалились, в столовую вбежал Клод и спрятался за меня, а следом за ним вошёл Лирье — кипящий от негодования и с ружьём наперевес.

— Что означает этот фарс? — закричал изобретатель с порога. — Вы! Как вы осмелились?!

— Я захлопнул дверь во флигель, когда он вышел, — выкрикнул Клод из-за моей спины. — И запер на ключ. Теперь обратно ему не спрятаться, останется с вами.

— Молодец, мальчишка, — засмеялась я и потрепала Клода по голове.

— Так, значит, это была ваша идея? — презрительно спросил Лирье. — Вы надеетесь, теперь я буду вас защищать? Вы, верно, сошли с ума!

— Ни в коей мере! — живо ответила я. — Напротив, это вы сошли с ума, если надеялись отсидеться во флигеле с его ненадёжными стенами и дверями. Одного свидетеля вашего способа зарабатывать хватит для костра, а вы так хладнокровно собираетесь ждать расправы! Право, хозяин Лирье, я вам удивляюсь!

— И что же вы предлагаете, хозяюшка? — по-прежнему презрительно спросил инженер, однако в его глазах я увидела искорку истинного интереса.

— Предлагать план спасения — не женское дело, — ответила я. — Я всего лишь прошу применить ваш мужской ум и вашу изобретательность на благо всем нам. Ну же, хозяин Лирье, неужели вы будете спокойно смотреть, как толпа пьяных мерзавцев издевается над женщинами и детьми?

— А что мне ещё остаётся? — неожиданно горько возразил инженер. — В нашей стране если ты хотя бы ранишь человека, тебя потащат в суд, а там попробуй-ка докажи, что он пришёл в твой дом не цветочки нюхать!

— Но, позвольте-ка… — оторопела я.