Разгадка всех этих неясных вопросов намечена в наши дни коллективным трудом многих исследователей, но первой из них высказала новые идеи доктор геолого-минералогических наук Н. П.Малахова.

Она доказала, что многие организмы никогда не жили на Урале, а принесены сюда либо реками, либо ледниками много миллионов лет спустя после их смерти. По таким окаменелостям нельзя определять возраст горных пород.

Не представляет исключения и арметовская находка. Она лишь новый штрих в общем комплексе фактов, на которых сейчас закладывается фундамент новой уральской геологии. На основе этих фактов открываются поистине увлекательные перспективы. На огромных пространствах, там, где раньше неверно показывались древние отложения, восстанавливаются более молодые пермские осадки. Под ними могут залегать слои, содержащие нефть и уголь. И не исключена возможность, что такие крупные промышленные центры, как Тагил, Свердловск, Магнитогорск, располагаются вблизи крупных скоплений нефти и угля, которых так не хватает уральской промышленности.

Точки возрастных несовпадений типа арметовских лишний раз показывают нам, что период исследования Урала старыми методами пора закончить. Сейчас ясно, что надо бурить глубокие скважины и изучать тот подземный Урал, который еще не затронут исследованиями. И кто знает, какие сокровища он нам откроет!

Так, спустившись с неба на землю, мы приходим к проблемам, решение которых намечает новые пути исследования Уральских гор. Камешки, когда-то вызывавшие страх у суеверных жителей старой деревни, может быть, помогут направить поиски новых богатств земных недр. Тогда они по праву займут место в музее уже не как загадка природы, но как еще одно свидетельство бессилия религии и могущества человека.

ЧЕГО НЕТ В БИБЛИИ

Ночной разговор

Лет пять назад в селе Березовском Артинского района Свердловской области в жарко натопленном клубе состоялось собрание. Вопрос, посвященный закрытию церкви, встретил полное единодушие. Все выступавшие говорили, что, наконец, пора навести в селе должный порядок. Огромное помещение церкви пустует. Там собирается десяток-другой пожилых людей, а детских яслей в селе нет. Надо закрыть церковь!

Несколько старичков и старух, рассеянных по залу, слабо протестовали.

Где нас, стариков, отпевать-то будут? — вскрикивали они с мест.

Постройте для детей другое здание, а это оставьте богу!

Но один возглас прозвучал озлобленно и странно:

На Сефар-гору взойдем! Книгу судьбы откроем. Господу прошение кинем! Он вас всех покарает!..

Сефар-гора… Я уже давно слышал о ней. И вот опять услышал здесь. На ум пришла мысль, что у этого суеверия, видимо, есть общий источник.

Вспомнились годы войны. Несколько суток я трясся на лошади, чтобы проверить письмо колхозников, будто бы нашедших к югу от Перми самородную ртуть. По пути мне хотелось посмотреть расположенное неподалеку месторождение волконскоита, луково-зеленого минерала, снискавшего любовь художников. Единственное в мире скопление этого камня — в Пермской области.

Возница, местный крестьянин, оказался разговорчивым. Ночная дорога выдалась длинная, и он успел рассказать все, что знал о волконскоите, удивительно легко сплетая быль с выдумками.

Камень этот, — говорил крестьянин, — означает многое. Когда бог прекратил всемирный потоп, он, как всем известно, поставил на небе радугу в знак того, что потопа больше не будет. А там, где радуга впилась в землю, родились камни-самоцветы.