Вслед за Ковалевским палеонтологи других стран мира стали находить доказательства эволюции самых различных существ и прослеживать путь их развития. Мы можем встретить в ископаемом состоянии странных животных. Внешне они были похожи, судя по костным остаткам, и на лошадь, и на носорога, и на жирафа, но вместе с тем значительно отличаются от своих современных родственников.

Когда мы подробно изучаем места находки этих остатков, то видим, что они встречаются в очень древних слоях третичного периода. Иными словами говоря, в наших руках есть документы, подтверждающие правильность материалистических взглядов на эволюцию животных. Эти документы говорят о том, что многие современные млекопитающие, очень несходные между собой, имеют общего предка.

Так можно проследить эволюцию не только лошади, верблюда, жирафа, но и кошки, собаки, найти их общих предков, увидеть, как от этих предков произошли лев и тигр, волк и шакал. Палеонтология дает возможность определить пути развития многих других животных.

Но не только эволюционные пути развития млекопитающих интересуют нас. А как жили все эти существа в течение десятков миллионов лет? Было ли в их развитии что-либо необычное, что одними группами животных утеряно, другими — сохранено и развито?

Пожалуй, наибольший интерес представляют некоторые из современных обитателей моря, и в первую очередь дельфины и киты. Оказывается, одним из самых интересных «достижений» этих животных является очень эффективная ультразвуковая эхолокация. Дельфины для эхолокации используют звуки с частотой колебаний до ста двадцати — двухсот килогерц, а зубчатые китообразные — до ста пятидесяти — ста семидесяти килогерц.

Кандидаты наук В. Белькович и А. Яблоков в журнале «Природа» № 8 за 1963 год приводят замечательный пример точности этих «приборов». Один из дельфинов безошибочно подплывал с расстояния двадцать пять — тридцать метров к дробинке! Но наиболее полно ультразвук «освоен» летучими мышами. Они не только «видят», с помощью ультразвука препятствия, но и, «поймав» в поле эхолокатора дичь или насекомое, пеленгуют ее до тех пор, пока не настигнут.

Вот и напрашивается вывод: так ли хорошо, что человек «сотворен» «по образу и подобию» бога, не обладавшего, по-видимому, ни магнитолокацией, ни эхолокацией?

Магнитная ориентация и ультразвуковая эхолокация были нужны не только плавающим и летающим существам. Заросли деревьев и трав на суше требовали тоже особых методов ориентации.

Восстановить облик растительности кайнозойской эры помогли разнообразные методы. Вначале ученые увлекались сбором отпечатков листьев, стволов, корневищ, плодов, цветов, а затем методы изучения растительных сообществ стали все более и более сложными и, я бы сказал, более тонкими.

Всем известно, что в конце прошлого столетия в районе речки Березовой, в зоне вечной мерзлоты, был найден мамонт, причем сохранился он исключительно хорошо, уцелели его мясо, шкура, огромная рыжая шерсть. Мясо было настолько свежим, что его с аппетитом ели собаки, несмотря на то, что оно пролежало в земле около тридцати тысяч лет. Мамонт был доставлен в столицу, в Петербург, рассечен на части, заспиртован. Заспиртованные части мамонта хранятся в зоологическом музее Ленинграда и до сих пор. И вот, когда ученые разработали методы исследования пыльцы растений, кому-то из них пришла в голову мысль посмотреть, что содержится в желудке этого березовского мамонта. Под микроскопом было обнаружено большое количество пыльцы вместе с крупными кусочками растений, которыми питался мамонт.