— Ты сказала, что Эмиссаров Клана ПОЧТИ невозможно обнаружить, когда они подбираются к жертве. Значит, всё же способ имеется.

— Ну, информация не точная. Якобы имеется чрезвычайно редкая порода собак. Которых обучают по специальным методикам и которые якобы могут унюхать Инвойсеров. Но такие собаки, ещё большая редкость, чем сами метаморфы. И задействовать их можно только с личного соизволения Главы Великого Дома. Даже если это и правда, то добыть такую редкую тварь для тебя я не смогу.

Но я её уже не слушал. Значит, собака. А что, если не так. Если — СОБАКА! Есть у меня на примете одна такая симпатичная собаченция, обладающая множеством талантов и любящая всякого рода авантюры.

Глава 21

Граф считает счета на своем счету

Дело с предотвращением покушения на Екатерину Кропоткину было важным. Безусловно. Но не единственным. У меня было ещё множество других текущих дел. И некоторые из них также требовали моего безотлагательного внимания.

В первую очередь, дело с неожиданно свалившимся на меня наследством. Прошло больше месяца с того момента, как я засветился в Имперской Геральдической Палате. И теперь мои здешние родственнички наверняка узнали, где меня искать. А вот я по-прежнему ничего о них не знал, что ставило меня в очень уязвимое положение.

И это было чревато крупными неприятностями. Мы находились в неравноценном положении, и это требовалось срочно исправить.

А посему утром, не столь ранним, как восход солнца, но и не так чтобы когда приближается время обеда, я уже входил в гостеприимные, но не ко всем, двери Имперской Геральдической Палаты.

Правильно выбранное время суток для визита в подобные государственные учреждение, весьма важно. Слишком рано нельзя, поскольку облечённые государственными полномочиями служащие, ещё не проснулись окончательно, ещё находятся в плену иллюзий сладких утренних снов и смотрят на посетителей как на личных врагов.

Ближе к обеду тоже нежелательно, поскольку чиновники впадают в грёзы чревоугодия в предвкушении обжорства и последующей сладкой послеобеденной дрёмы.

В общем, как вы поняли, жизнь у наших чиновников тяжёлая. Не жизнь, а вечная борьба. До обеда с голодом, после обеда со сном.

Накануне визита я созвонился с Начальником Отдела по вопросам наследования, Идрисом Хамзатовым, и меня уже ждали. Не столько с распростёртыми объятиями, сколько с распахнутым кошельком. А это чудесное устройство у наших чиновников столь вместительно, что кажется бездонным и готово вместить в себя любую безграничную благодарность, выраженную в звенящей монете, и частенько отнюдь не в разумных пределах.

Так как моя платёжеспособность не вызывала сомнений и находилась на высоком уровне, то меня незамедлительно провели прямо в кабинет начальника. Этот хорёк в человеческом обличии изобразил умеренно бурную радость от счастья лицезреть мою особу.

— Вы так долго отсутствовали, что мы уже начали беспокоиться, — залебезил хорёк.

Хотя в его взгляде я читал глубоко скрытую злобу. И его в какой-то мере можно было понять. Какому-то юнцу привалило такое счастье. Буквально с неба свалилось такое наследство, целое графство, хоть и захудалое, и весьма высокий титул.

Графский титул открывал перед его обладателем двери в высшее общество и позволял общаться почти на равных с самыми знатными людьми Империи. А этот сопляк, вместо того чтобы, визжа от счастья, кинуться принимать под свою руку графские владения, шляется неизвестно где, как будто у него есть дела поважнее.

Псевдохорёк был чиновником хоть и жуликоватым, но ответственным. Деньги брал, но взятые на себя обязательства старался исполнять добросовестно.

Мне вполне понятны были его волнения, по поводу затягивания сроков моего фактического вступления в наследство в части передачи мне полномочий по управлению графством.

В соответствии с принятой процедурой Геральдическая Палата сразу же отправила уведомление Управляющему делами графства, который был назначен государством для управления тамошними землями, до момента, пока законный наследник не вступит в свои права.