Сзади послышался то ли вздох, то ли стон.

— Капитан, — Карличенко предпринял новую попытку. — Послушайте меня. При всём моём уважении, но ваше место на борту корабля, но уж точно никак не на станции.

— При всём уважении, майор, я сам буду решать, где мне место, а, где нет. Если вы не забыли, то этим кораблём, как и этой частью операции, командую я.

— Вообще-то мне приказно…

Александр резко остановился и развернулся к нему.

— Вам приказано эвакуировать ваши материалы, важный груз и всё прочее, — едва ли не ткнув его пальцем в грудь произнёс Зарин. — А в мою ответственность входят люди. И сейчас я собираюсь разобрать с тем, что с ними случилось. Потому что, майор, если вы не заметили, с этой чёртовой станции куда-то пропали тринадцать тысяч человек. Тринадцать тысяч наших людей!

Карличенко едва сдержался от рвущегося с языка ответа. И Александр почти готов был головой поручиться за то, что тому хотелось сказать. Что-то вроде «плевать он хотел на этих людей».

Наконец, спустя пару секунд, майор видимо нашёл нужную формулировку.

— Капитан, вы должны понимать, что в рамках нашего задания эти люди большого значения не имеют…

— Для вас, может быть, — резко произнёс Зарин и отвернувшись, пошёл дальше.

Спорить он не хотел. Да и смысла большого просто не видел. Он офицер флота Федерации. Он принёс присягу защищать своё государство и его граждан. От любых угроз, внешних и внутренних. И сейчас, прямо рядом с ним происходило… что-то. То, что он просто не мог объяснить. Перед его глазами всё ещё стояли картины тошнотворных снимков, которые прислала со станции Максвелл. Стоило только вспомнить о них, как его едва не начинало мутить.

И это ставило его желание выполнить то, что от него требовал его долг ещё выше. Он обязан был защитить этих людей.

А для этого ему требовалось разобраться в той чертовщине, что здесь происходила.

Едва только он об этом подумал, как в его голове тихонько, едва слышно, заговорил другой голос. Тот самый, который он так старательно заставлял молчать всё последнее время.

Его долго — это выполнить поставленную перед ним задачу. Не спасать этих людей. Не разбираться в произошедшем. Просто выполнить данное ему задание. Забрать то, что нужно и улететь отсюда.

Разве они уже недостаточно рисковали?

Разве те потери, что они уже понесли во врем короткого боя с «Артемидой» и на станции, не достаточны для этого?

Разве эти люди, которых он никогда не видел, стояли этого риска?

Александр в очередной раз вспомнил, как беспомощно стоял перед своим братом, глядя на направленное на него оружие и не способный что-либо сделать и хоть как-то защититься Анну.

Больше он такого не допустит. И разберётся в том, что здесь происходит.

— Я больше не буду обсуждать эту тему, — произнёс он, показывая тем самым, что заканчивает этот разговор.

Тем не менее, Карличенко всё равно не успокаивался.

— Капитан, я всё равно буду настаивать на том, что…

— Майор! — резко перебил его Зарин. — Я ошибаюсь или у вас и ваших людей есть собственная работа?

— Да, но…

— Вот и занимайтесь ею, — сказал Александр.

Это была одна из причин, которая крайне раздражала Александра. Вместе с Карличенко на борту «Ганнибала» находились три взвода «сотрудников» разведывательного управления.

Едва только посмотрев на них, Максвелл выдал свой вердикт. Бывшие бойцы сил специальных операций. Особого подразделения управления разведки, которое занималось, скажем так, весьма специфическими задачами. Как правило туда отбирали людей определённой квалификации и большого опыта. Преимущественно из сил космического десанта, а не регулярной армии в силу большей опытности.