— А вам не приходило в голову, что насильники, возможно, хотели заставить ее замолчать?

— Да, приходило, но эти мальчишки не способны на…

— Насильники, — уточнил Майрон. — Мальчишки, которые скопом надругались над девушкой, никогда не делавшей им зла. И вы сочли их не способными на убийство?

— Пожелай они ее угробить, ни за что не отпустили бы, — невозмутимо возразил декан. — Вот что я тогда подумал.

— И поэтому ничего никому не сказали.

Гордон кивнул.

— Теперь-то я понимаю, что это было ошибкой, но тогда надеялся, что Кэти просто сбежала на несколько дней, чтобы прийти в себя. А спустя неделю я понял, что уже поздно и нет смысла болтать языком.

— И предпочли жить с этой ложью.

— Да.

— В конце концов, она была всего лишь студенткой, которая пришла к вам за помощью в самую тяжкую пору своей жизни. А вы дали ей от ворот поворот.

— Думаете, я этого не понимаю? — вскричал декан. — Думаете, я не терзался все эти полтора года?

— Да, конечно, вы же истинный гуманист.

— Какого черта вам от меня нужно, Болитар?

Майрон встал.

— Подайте в отставку. Немедленно.

— А если я откажусь?

— Я вытащу вас за ухо на солнышко, и вы даже представить себе не можете, какое это будет гадкое зрелище. Так что завтра с утра подайте прошение об отставке.

Декан поднял голову и подпер пальцами подбородок. Мало-помалу черты его лица начали смягчаться, словно их разминал массажист. Гордон смежил веки, его плечи поникли. Потом он медленно кивнул и сказал:

— Хорошо. Спасибо.

— Не думайте, что вашего покаяния достаточно. Вам так легко не отделаться.

— Понимаю.

— И последнее: Кэти называла хоть какие-то имена?

— Имена?

— Имена насильников.

Гордон замялся.

— Нет.

— Но вы догадываетесь, кто они?

— Мои догадки не имеют под собой прочного основания.

— И все же поделитесь ими.

— Спустя несколько дней после ее исчезновения я заметил, что один из студентов швыряет деньги налево и направо. Он был не из самых дисциплинированных. Купил себе «БМВ» с откидным верхом. Это привлекло мое внимание, потому что парень проехал на машине прямиком через лужайку и погубил ее почти целиком.

— Кто это был?

— Когда-то он был футболистом. Его отчислили из колледжа за торговлю наркотиками. Джуниор Гортон. Ребята называли его…

— Горти.

Не сказав больше ни слова, Майрон торопливо покинул деканат. Стоял чудесный денек, воздух был теплый, но не влажный, вечерело. Солнце уже не палило, но и садиться пока не собиралось. Пахло свежескошенной травой и вишневым цветом. Майрону захотелось расстелить одеяло и поваляться, поразмышлять о Кэти Калвер.

Но сейчас не время.

Он открыл дверцу своего «форда-тауруса». В машине вовсю забивался телефон. Звонила Эсперанса.

— У Люси — тупик, — сообщила она. — Фотографии купил вовсе не Адам Калвер.

Еще одна версия рассыпалась в прах. Майрон уже хотел запустить мотор, как вдруг услышал голос Джейка Кортера:

— Так и знал, что найду тебя здесь.

Майрон выглянул в окно.

— Что случилось, Джейк?

— Мы вот-вот сообщим газетчикам имя Нэнси Сират.