— Пончо? Это ты?

Эсперанса подняла глаза.

— Люси!

Женщины обнялись и направились в студию. Майрон поплелся за ними.

— Где ты пропадала, малышка? — спросила Люси.

— То там, то здесь.

Женщины поцеловались в губы. Поцелуй длился, пожалуй дольше, чем требовалось. Эсперанса оглянулась.

— Майрон!

— Что?

— У тебя глаза вылезли из орбит.

— Неужели?

— И это еще слабо сказано.

— Нуда, конечно, — отозвался Майрон. — Во всяком случае, теперь я понимаю, почему мои грозные взгляды не напугали твою подругу.

Это замечание показалось женщинам забавным, и они рассмеялись.

— Познакомься, Люси. Это Майрон Болитар, — сказала Эсперанса.

Люси смерила Майрона взглядом.

— Твой приятель?

— Нет, просто хороший друг. И начальник.

— Он здорово смахивает на одного моего знакомого из клуба, что на первом этаже. У них есть номер в программе, когда этот парень писает на женщин.

— Это не я, — заверил ее Майрон. — Я стесняюсь отправлять нужду даже в общественных туалетах.

Люси повернулась к Эсперансе:

— Отлично выглядишь, Пончо.

— Спасибо.

— Забросила спорт?

— Навсегда.

— Но продолжаешь тренироваться?

— Как только выпадает свободная минутка.

— В «Наутилусе»?

— Ага.

— Оно и видно. — Люси шаловливо улыбнулась. — Ты по-прежнему все та же соблазнительная штучка.

Майрон откашлялся.

— Послушайте… — проговорил он.

Женщины не обратили на него никакого внимания.

— Ты продолжаешь снимать борцов на руках? — спросила Эсперанса.

— Все реже и реже. Я по уши увязла в порнографии.

Эсперанса посмотрела на Майрона и пояснила:

— Люси — на сам деле у нее другое имя, мы звали ее так за рыжие волосы — в свое время фотографировала начинающих армрестлеров.

— Я уже понял, — ответил Майрон. — Как ты думаешь, она сможет нам помочь?

— Что вы хотите узнать? — подала голос Люси.

Майрон протянул ей «Укус» и показал фотографию Кэти.

— Вот, — сказал он.

Люси глянула на снимок и спросила, обращаясь к Эсперансе:

— Кто он? Полицейский?

— Спортивный агент.

— Ага, — отозвалась Люси, но дальнейших расспросов не последовало. — Дело в том, что из-за этого снимка у меня могут быть неприятности.

— Почему? — осведомился Майрон.

— Потому что девчонка голая.

— Ну и что?

— А то, что это противозаконно. В рекламе девятисотых линий запрещено использовать фотографии обнаженных женщин. Если нас застукают, нам придется туго.

— Нас? — уточнил Майрон, вновь пуская в ход коварные приемы ведения следствия.

— Я совладелец нескольких компаний интимных услуг по телефону, — объяснила Люси. — Некоторые из указанных в рекламе телефонов установлены здесь, в этом здании.

— Я не пойму, почему вы говорите, что обнаженная натура запрещена, — недоумевал Майрон. — На мой взгляд, почти все девчонки в этом журнале голые.