|
— Ты что насупился, вонючка? — грозно спросил попечитель. — Глаза подыми, дай на тебя полюбоваться. Тогда трупроц одарил достойного брата взглядом, за который не миновать бы ему добавочных палок и холодной, однако судьба распорядилась иначе. — Это тот, кто мне нужен, — вполголоса заявил страблаг. — Распорядитесь, чтобы его помыли, переодели в чистое и отвели в мой катер. И без проволочек, я спешу. — Не угодно ли взять конвойного? — предложил Глур Чпи. — Мало ли что… — Попрошу не беспокоиться, — страблаг с усмешкой коснулся рукояти длинноствольного полуавтоматического пистолета, торчавшего из кобуры на бедре. — Я умею постоять за себя. Попечитель отдал надлежащие распоряжения и почти бегом догнал звездоносца, сам распахнул дверь главного поста перед гостем. Тот поблагодарил кивком и расположился в кресле, закинув ногу на ногу. — Прикажете закусить, или прохладительного, или… — Глур Чпи не скрывал радости, что все обошлось, дельце пустяковое, необходимый трупроц жив-здоров и сразу отыскался. — Нет-нет, рад бы, да спешу, — страблаг тоже выглядел довольным и отчасти поубавил спеси. — Давайте покончим с формальностями. Вахтенный сбегал на нижнюю палубу, где щуплого трупроца отмывали забортной водой из помпы, узнал номер, вернулся, доложил. — Теперь сходи, поторопи, — приказал Глур Чпи. — Наш гость не любит мешкать. И чтоб робу выдали чистую, новую, исподники тоже. Браслеты ручные и ножные. Пшел! — Ножные ни к чему, — заметил страблаг. — Тогда без ножных… Живо! Сев за пульт, попечитель оформил документацию на труженика процветания ЕМ 717–694, затем, по личному секркоду, ввел соответствующие данные в бортовой электроразум. Подышал на печатку, оттиснул на бланке и квитанции, поставил там и там свою кудрявую подпись. Пока то же самое проделывал страблаг, Глур Чпи включил рацию и пригнул ко рту держатель микрофона. — Что это вы собираетесь делать? — насторожился звездоносец. — Как что? Рапортовать согласно реквизитам предписания. Я порядок соблюдаю, будьте уверены. — Вы, кажется, рехнулись, — страблаг резким тычком отвел микрофон. — Давать секретную информацию в эфир?! — Позвольте! Я знаю, что делаю, — уперся уязвленный попечитель. — Сообщу код предписания, получу «добро», и уж тогда счастливого пути. — Имейте в виду, такая самодеятельность дорого вам обойдется. Моя миссия — совсекр. Никакого эфира! — У меня порядок один, — возразил Глур Чпи. — Что для секр, что для общ, в случае сомнения обратиться согласно реквизитам. Он уже без трепета смотрел на этого выскочку в грозном обмундировании. Прикатил за вонючим замухрышкой, а форсу-то… — О-о, у вас возникли сомнения! Разрешите узнать, в чем именно? — саркастически поинтересовался звездоносец пятой ступени Раме Леу, экстррозыск. — Неужто вы на свой счет приняли? — удивился попечитель, в душе торжествуя, что уел-таки заносчивого щеголя. — Ай-яй-яй. Не обессудьте, порядок такой, не нами заведено, не нами и кончится. — Имейте в виду, ответственность ляжет на вас, — предупредил страблаг. — Я об этом позабочусь. — Вот и чудненько, договорились, — попечитель придвинул микрофон и взял с пульта предписание, чтобы ввести в рацию указанные там частоту и код вызова. Но не успел он набрать и двух цифр, как получил сокрушительный удар рукоятью пистолета по голове. Издав нечто среднее между удивленной отрыжкой и жалобным иканьем, оглушенный Глур Чпи уткнулся в клавиатуру носом. |
