— Ну уж, постоянно! Время от времени. А миры Индиго — всё равно гадость. Кто бы что ни говорил о зонировании, а в Мадженте такой агрессии нету.

— В этом ты прав. Ну что, пошли отсюда, или подождем, пока Рауль позовет? — спросил Пятый.

— Подождем, ладно? — попросил Лин. — Хотелось бы всё же попрощаться по-человечески…

***

Рауль лежал на огромной кровати — и смотрел в потолок. Просыпаться дома после возвращения всегда непривычно. Все-таки в комфорте есть своя прелесть, — он улыбнулся мысленно, — на кровати лучше спать, чем на корнях в лесу... Хорошо, что удалось успокоить Клео. Ну а что же там ребята? Уже ушли к себе в Эорн? Или все еще где-то здесь?

«Пятый, Лин... — позвал Рауль. — Вы далеко?»

«Нет, близко, — тут же ответил Пятый. — В окно посмотри».

«У меня в спальне нет окон, между прочим. Заходите сюда, что ли...»

«Тогда это не твое окно, — заключил Лин. — Не пойдем мы туда, там этот твой… который про шваль говорил. Давай лучше ты к нам».

«За окно и вниз ласточкой? Спасибо, добрые вы мои. Подождите меня в гостиной, что ли... Я сейчас выйду».

«Не пойдем мы в твою гостиную, а у тебя, кстати, стоит детектор, — заметил Лин. — Пока шваль тут, учись пользоваться. Кидаю координаты».

«А подслушивать, между прочим, тоже нехорошо. Давай свои координаты...».

Рауль поднялся с кровати, накинул длинную тунику и с опаской подошел к стене.

— Нехорошо — это говорить гадости, — проворчал Лин, когда Рауль появился на выступе. — Чего у вас тут так по утрам холодно?

От ветра волосы Рауля мигом растрепались, а полы светлой туники захлопали, как крылья.

— Это не я сказал, а Клео подумал, — Раулю наконец удалось встать поудобнее, так, чтобы волосы, взлохмаченные утренним ветром, хотя бы не закрывали лицо. — Куда вас черт занес? Здесь же нет даже защитного поля! Пятьсот метров высоты! Полетать захотелось?

— А мы из мазохизма, — ответил Лин. — Шваль должна знать свое место. Зуб, блин, на зуб не попадает, а Пятый только неделю как после операции… Нормально наказались?

— Так вы бы сразу за пределы купола, — посоветовал Рауль, — там еще и радиация, и дышать нечем. Может, хватит нам всем мазохизма?

— Ты бы лучше попробовал унять Клео, — попросил Пятый. — А за пределами купола мы были. Ничего особенного.

— Знаешь, — сказал Лин, подходя к самому краю площадки и с интересом заглядывая вниз, — это правильный мазохизм. Отрезвляет. Думаешь, что ты чего-то стоишь, кому-то нужен… а потом — ап! — он хлопнул в ладоши. — И всё опять на своих местах.

— Да, за это напоминание стоило померзнуть, — согласился Пятый. — Тень, знай свое место…

— Можно делать ставки — кто страдает больше всех, — с иронией сказал Рауль. — Клео бесится, что он якобы не нужен мне, вы беситесь, что никому не нужны... тоже , что ли, присоединиться? Встанем рядышком, и хором как завоем!... Идемте лучше завтракать, а, мазохисты-любители? А то с меня сорвет тунику ветром, и я окажусь голым на виду у всего города!

— Какие завтраки?! — возмутился Лин. — Он нас самих сожрет! Сожрет на завтрак, как пить дать! У меня сил больше нет ругаться и выяснять, мне Ренни с Тон хватило!..

— Кстати, он уже встал, — заметил Пятый.