– Как знаешь, братец, – не стал расстраивать его Ярила. – Не хочешь благодарности, так я и не буду, и даже спасибо не скажу!

    Хорст обиженно фыркнул и удалился из Ярилиного сна. Тут-то Ярила и проснулся. Видит – лежит он на травке, в руке свиток бумажный зажат, а рядом Уд сидит, за расквашенный нос держится.

    – Ох и привидится же! – воскликнул Ярила и на ноги вскочил. – Пошли, Уд, к реке, надобно смыть сон тот проклятый проточной водой, не то исполнится в точности.

    И братья к реке направились. Река была сильная, полноводная. Берега высокие, поросшие кустарником, а вода меж ними синяя-синяя. Нашли братья тропку, спустились вниз. Около воды – ласковой да теплой – тонкая полоска песчаного пляжа. Уселись на песочек, Ярила карту развернул – а там еще лист один свернутый вложен и надпись: «Усладу на долгую память».

    – Будешь разворачивать? – поинтересовался Ярила.

    – А то нет? – Услад развернул свиток и отшатнулся. С бумажного листа смотрела на него жена – Усоньша Виевна.

    – На долгую память, – проворчал Услад. – Будто такое страшилище когда-нибудь можно забыть?!

    – Что ни говори, а ты теперь с ней на всю жизнь связанный, – напомнил брату Ярила и принялся рассматривать карту.

    А когда рассмотрел как следует, присвистнул – земли Латынские на другом краю света находились, рядом с горами, которые Крокодильерами зовутся. Совсем настроение у Ярилы испортилось. Встал он с песка, к воде подошел и зачерпнул полные ладони воды. И тут слышит чей-то голос:

    – Отпусти меня, Ярилушка, я тебе еще пригожусь!

    Ярила по сторонам посмотрел – никого. – Отпусти! – снова попросил голос. – Вот будешь яйцо Кощеево искать, то я тебе его со дна морского и достану.

    – А мне яйцо Кощеево без надобности, своих хватает! – воскликнул Ярила и снова по сторонам заоглядывался.

    – Чудно как-то, – проговорил Уд. – Но ты, братец, насчет яйца-то подумай – запас карман не тянет!

    – Дурной ты, Услад!

    – Не дурной, а на язык острый, – рассмеялся Услад.

    – Зато на мозги тупой, – ответил ему Ярила, и тут завязалась бы словесная перепалка, но невидимый голос снова о себе знать дал.

    – Как только скажешь: «По щучьему веленью, по моему хотенью», – так сразу… сразу… – Собеседник запнулся, будто забыл, что сказать хотел.

    Но Услад не растерялся и свой вариант предложил:

    – Так сразу яйцо у Кощея и отвалится!

    – Склероз проклятый, – пробормотал голос, – не то что-то сказала.

    – Точно, – согласился Ярила, – может, потому к нам и привязалась, что с памятью туго?

    – Да нет, тут все правильно, – ответила невидимка, как из ее речи понятно стало – она была женского пола. – Отпусти меня, добрый молодец, а за это сослужу я тебе службу хорошую, подарю корыто треснутое!

    – Ну во-первых, на кой мне корыто, тем более треснутое? Сама кто ты такая будешь? – спросил Ярила.