Изменить размер шрифта - +
И отнюдь не потому, что я верю тем, кто всячески превозносит Ночную школу. Так надо — вот все, что я могу сказать тебе по этому поводу. А между «надо» и «хочу» — большая разница. Но как бы то ни было, я должна наконец научиться защищать себя. Кроме того, там я узнаю больше о своей семье. И самое главное, там я, возможно, узнаю правду о судьбе Кристофера. Есть люди, которые что‑то знают о нем, но сообщать мне не считают нужным.

— Мне бы хотелось, чтобы существовал другой путь узнать все это… Ради твоего же блага, Элли. Поскольку, оказавшись внутри системы, ты получишь и другие знания, Возможно, опасные для того, кто ими владеет. Они могут изменить тебя…

Элли из‑под густых ресниц бросила взгляд на водителя. Он продолжал болтать по телефону и, казалось, никого и ничего вокруг себя не замечал.

Рейчел перехватила ее взгляд и кивком указала на дверь библиотеки, намекая, что им пора возвращаться.

Когда они снова вошли в здание, Рейчел решила переменить тему и спросила:

— Сегодня ты опять будешь работать с Джу?

Элли кивнула.

— Нас записали в бригаду маляров. Теперь мы будем махать кистями и валиками, а я, да будет тебе известно, очень серьезно отношусь к живописи.

Рейчел фыркнула, но выражение ее лица продолжало оставаться серьезным.

— Как думаешь, в каком она сейчас состоянии?

Элли вспомнился смех Джу, когда они отскребали закопченные стены.

— Куда лучше, чем мне казалось. Временами просто искрится от веселья, и мне даже кажется, что она почти не отличается от той, какой она была до всех этих событий.

— А ты не думаешь, что она слишком уж веселится? — Как только Рейчел произнесла эти слова, Элли решила, что она, пожалуй, права.

— Думаешь, она притворяется? — шепотом спросила Элли. — Насколько я знаю, Изабелла водила ее к психоаналитику и все такое…

Но ее аргументы Рейчел, похоже, не убедили.

— Пойми меня правильно… Я не хочу никого обвинять, но Джу — настоящий мастер притворства. Всякий, кто прожил детство и юность так, как прожила она, почти наверняка стал бы таким. И еще: то ужасное, что произошло с ней, в определенном смысле главное событие ее жизни. А между тем она веселится напропалую, всячески изображая прежнюю милашку Джу. — Рейчел пожала плечами. — Что‑то тут не так. Возможно, она опять на грани нервного срыва. Ты уж присматривай за ней, хорошо?

Элли кивнула.

— Буду.

— И не забывай об осторожности, когда окунешься в это… хм… дерьмо. — Рейчел поморщилась, произнося непривычное ей грубое слово. — Я Ночную школу имею в виду. Почаще оглядывайся, чтобы знать, кто у тебя за спиной.

— Так я же не в стане врагов буду находиться, — удивилась Элли. — И есть люди, которые будут за мной присматривать и помогать мне. Твой отец, к примеру.

Рейчел как‑то странно на нее посмотрела, и Элли этот взгляд не понравился.

— Хотя он тебя и любит, на поблажки с его стороны можешь не рассчитывать, — процедила Рейчел. — Он далеко не такой добренький, как тебе, быть может, кажется.

— Я готова ко всему, — выпалила Элли, одновременно задаваясь вопросом, так ли это.

 

— Добро пожаловать в Киммерийскую академию. Прошу всех новых учащихся выстроиться на левом фланге, а «ветеранов», если так можно выразиться, — на правом.

Изабелла стояла на невысоком белом подиуме в дальнем конце большого зала. Она не кричала, но ее звучный голос удивительным образом перекрывал приглушенные разговоры собравшихся в зале двухсот учеников и учениц.

Быстрый переход