Зал, широкий, с высоким резным потолком, освещался огромной электрической люстрой, в свете ламп сверкали великолепные дубовые панели, которыми были отделаны стены, зеркальный паркетный пол идеально подходил для ганцев. Большинство гостей собрались в просторной гостиной справа от зала.

Навстречу зачарованной великолепием дома Маделин и ее спутникам из гостиной вышла невысокая миниатюрная женщина в фиолетовых брючках и блузке. Представившись как Люси Мастерсон, она сказала, что ее муж присоединиться к ним немного позже.

— Он на несколько минут уединился с Николасом, э-э… с Николасом Витали, — пояснила она. — Последние несколько дней они только и говорят что о делах. Надеюсь, вы не воспримите это как невежливость с его стороны. Но Николас босс, так что, пока он здесь, им необходимо обсудить множество важных вопросов.

— О, ну что вы, не беспокойтесь, миссис Мастерсон, — расплылся в улыбке Хезерингтон. — Мы все прекрасно понимаем.

— Вот и хорошо, — просияла хозяйка неопределенного возраста, но ухоженная и изящная.

Люси проводила их в гостиную, здесь уже собралось около тридцати гостей, все группками стояли у столиков для коктейля и негромко беседовали. Играла спокойная музыка, воздух насыщен ароматами французских духов и гаванского табака. Пол устилал роскошный ковер, прекрасно сочетавшийся с тяжелыми бархатными портьерами. В комнате было расставлено несколько кожаных диванов и кресел, ослепительно белые стены украшали гравюры.

Большинство гостей были супружескими парами, и Люси быстро познакомила Маделин и ее спутников практически со всеми присутствующими. Они оказывались либо американцами, либо итальянцами, и хозяйка объяснила, что завод «Шеридан» принадлежит обеим странам. Когда Эдриан и мистер Хезерингтон углубились в техническую дискуссию с несколькими пожилыми мужчинами, Маделин обнаружила, что стоит рядом с молодой американской парой — Фрэн и Дэйвом Мэдисон.

— Вы живете в Оттербери? — с интересом поинтересовалась Фрэн, когда Маделин приняла от Дэйва предложенную сигарету.

— Да. У меня квартирка неподалеку отсюда, — ответила Маделин. — А вы?

— Да. У нас тоже здесь квартира, — откликнулся Дэйв. — Но мы хотим вскоре обзавестись собственным домом в новом районе поблизости от завода, наверное, в этом году.

— О, понимаю. Вы сами из Америки?

— Точно, — усмехнулся Дэйв. — Полагаю, что по нашему акценту определить это можно безошибочно.

Маделин засмеялась:

— Я подумала, что, возможно, вы просто приехали в гости к Мастерсонам. Ну и как, нравится вам Англия?

— В общем-то да, — безо всякого энтузиазма ответила Фрэн. — Но тут особенно нечем заняться, правда? Чуть позже мы надеемся поехать в Италию. Вы были когда-нибудь за границей?

— Только во Франции, — с сожалением в голосе ответила Маделин. — С тех пор как умер мой муж, мы с дочерью мало путешествуем.

— У вас есть дочь? — удивленно воскликнул Дэйв. — Малышка?

— Нет, ей уже шестнадцать, — улыбнулась Маделин. — Но спасибо вам на добром слове.

— Это вовсе не добрые слова, — усмехнулся Дэйв. — Я не дал бы вам больше двадцати пяти — двадцати шести лет.

Фрэн как-то выпала из беседы, так что Маделин была рада, когда к их группке присоединился еще один мужчина. Он был чем-то похож Дэйва: высокий, привлекательный, с милыми веснушками.

— Приветствую вас, — легко влился он в разговор. — Мы заполучили нового члена организации?

— Нет, — ответил Дэйв, поворачиваясь к нему.