– И как же ты собрался будить их во мне? – я улыбнулась и посмотрела на него с прищуром.

– А как ты хочешь? – он привстал со своего места и, передвигаясь на коленях, переместился поближе ко мне.

– А как ты посоветуешь? Ты ж у нас кот ученый теперь. Умных книжек начитался.

– Я бы мог показать, если ты, конечно, мне доверяешь.

И я вдруг захотела рискнуть. Может быть, Димон прав и моя черствость – это лишь временный недостаток. Очередной раз любопытство пересилило здравый смысл.

– Я тебе доверяю.

– Тогда позволь.

Он коснулся пальцами моей щеки, аккуратно провел вниз, добрался до шеи, а затем и до края одеяла.

– Его придется убрать.

– Ну, раз у нас тут все по взрослому, то не смею отказать, – я ощутила азарт. Все таки, познавать новые грани, это чертовски интересно.

Отпустив руки, позволила снять с себя одеяло. Ветер тут же обдал холодом, и мурашки снова побежали по коже. Я не стеснялась и не переживала за свой внешний вид, поскольку не находила в себе ничего особенного, что могло бы послужить предметом для стеснения. Обычная фигура, вроде худая, ноги не то, чтобы от ушей, но достаточно длинные по отношению к моему росту, в лифчике, правда, особых объемов не имелось, да и к чему они мне? Хорошо, что хоть так, а то с нашим рационом в детдоме, можно было бы смело пихать поролон. С гигиеной у меня тоже всегда был порядок, грязи я не выносила, поэтому то и предпочитала лишний раз намыться хозяйственным мылом, чем выливать на потное тело по полфлакона дешевых духов, как предпочитали наши особо «умные» красотки, после них в комнату зайти было нельзя, а противогазами нас как то не снабдили. Но, да ладно… Опять я улетела от реальности.

– Иди сюда, – потянул меня к себе Димон.

Спустя мгновение я оказалась у него на коленях.

– Повернись ко мне спиной, – прошептал на ухо.

– Ладно, – я развернулась и прижалась спиной к его груди.

Димон расставил ноги в стороны, чтобы я поместилась между ними, после чего он откинулся назад и повлек меня за собой. Далее я ощутила его горячие руки у себя на плечах. Он медленно скользил ладонями вниз по рукам, затем переместился на живот.

– Точно веришь мне? – спросил уже не так бодро, как до этого.

– Да.

И сейчас его руки разошлись, одна поползла обратно вверх, к моей груди, а вторая – к трусикам. Это было прекрасно, но лишь с эстетической точки зрения, на деле, к своему глубочайшему сожалению, я ничего эдакого не ощутила. Да, горячие руки, да, касаются кожи в предположительно эрогенных зонах, ну и, пожалуй, всё.

– Тебе нравится? – спросил Димас, а у самого уже и сердцебиение участилось, и дыхание стало более глубоким. На него эта процедура «познания чувственности» оказала куда больший эффект.

– Думаю, нам пора остановиться, – я немного отстранилась от него.

Он не стал возражать, прекратил свое большое путешествие по моему телу тут же. Вот, за что я его особенно уважала всегда, так это за выдержку.

Мы смотрели друг на друга, Димон ждал каких то слов, каких то выводов, я же решила поцеловать его, чтобы не обидеть молчанием, поскольку говорить было нечего. Все таки, он чудесный человек и замечательный парень.

Так получилось, что я встала на четвереньки лицом к нему, поза вышла слишком откровенной, в результате Димас резко выпрямился и, не дожидаясь каких либо намеков, припал к моим губам.

Когда мы возвращались в казармы, я не переставала мысленно ругать себя. Блин, вместо того, чтобы объясниться в нелюбви, дала ему надежду.