– Гадриэль, – недовольно усмехнулся Абигор.

– Абигор, – тот склонил голову, затем опустился на землю, и его крылья исчезли. – Давно не виделись.

– Ну, что? Разрешим все споры сразу, – предложил мажор.

– Боюсь, в другой раз, – ехидно улыбнулся тот. – У нас был уговор. Нарушаешь, демон. Нехорошо.

– Она дочь Владыки. Этим все сказано.

– Она дитя двух миров, не тебе решать ее судьбу. И не мне, – перевел он взгляд на меня. – Будем знакомы. Я Гадриэль, твой почти ангел хранитель. И еще, в следующий раз, когда решишь закричать, предупреждай. Уши закладывает.

– То есть, – я сейчас находилась в прострации. – У меня есть персональный демон и ангел. Как в тупом мультике.

– Вроде того, – нагловато заявил ангел.

– Зря ты не пошла со мной сразу, – с некой горечью в голосе произнес мажор.

Я же, не говоря ни слова, развернулась в обратную сторону и пошла неуверенным шагом, а эти двое отправились следом, заняв места по обе стороны от меня. Мажор выглядел как обычно – стильно и дорого, ступал расслабленно, а вот второй чувак смотрелся странно, на нем был черный кожаный костюм с кучей ремешков, карабинов и еще чего то, такие только в секс шопах продаются для любителей жестких развлечений, на внешней стороне бедра правой ноги у него были закреплены ножны, в которых крепко сидел, очевидно, тоже меч.

Когда мы вышли к дороге, я повернулась к ним:

– И что теперь? Я так понимаю, завтрашняя поездка в Ад отменяется, – обратилась к Абигору.

– Иди в детдом, – спокойно, но жестко ответил он. – Завтра поговорим.

– Зачем обращаешься с девушкой столь неуважительно? – заулыбался Гадриэль и одарил меня добродушным взглядом темно синих глаз. – Тебе действительно лучше вернуться, а завтра я расскажу обо всем, о чем умолчал этот тип.

– И о многом умолчал? – посмотрела я на мажора.

– Слишком о многом, если не сказать обо всем, – произнес ангел.

Послание двенадцатое

Елейла проснулась в постели Люцифера одна.

Она долго лежала и рассматривала комнату, взгляд блуждал по мебели, книгам, потолку, но думала дева совершенно о другом – о проведенной ночи с сатаной, о новых ощущениях. В теле чувствовалась легкая истома, кожа все еще помнила его прикосновения, тепло.

Вскоре за дверью послышались шаги, его шаги. Владыка вошел в опочивальню, проследовал до кровати и остановился в паре метров от той. Он смотрел на падшую странным непонятным взглядом, вроде бы хотел что то спросить, но не решался, тогда Елейла заговорила первой:

– Мне было хорошо с тобой.

Однако Люцифер продолжил молчать, он лишь подошел еще ближе и сел на край кровати. Его молчание вызвало в деве бурю эмоций, она выбралась из под одеяла, схватила шелковое покрывало, что лежало поверх, обернулась, затем слезла с кровати и собралась уже покинуть покои, как вдруг он схватил ее за руку.

– Я не позволял тебе уходить, – произнес чуть слышно, после чего подтянул ее к себе.

Елейла оказалась у него между ног, она чувствовала кожей его дыхание, видела смятение в глазах.

– Тогда почему молчишь? – прикоснулась пальцами к его волосам, затем спустилась к скулам.

– А нужно что то говорить?

– Видимо, нет, – Елейле было больно, прошлой ночью сатана силой вырвал ее из прочной скорлупы, оставил без защиты, сбил с толку.

Люцифер видел ее внутреннюю боль, ощущал легкую дрожь тела. Он аккуратно приподнял ее руки, позволив покрывалу упасть.

– Что ты хочешь от меня услышать? – спросил и прикоснулся губами к груди.

– Я не знаю, мне неведома природа чувств, – дева слегка подалась вперед, навстречу поцелуям.