|
Такая неуправляемая махина, как я уже понял, сжирала средства бесконтрольно, документооборот не развит, от слова «совсем». Присосавшиеся к финансированию пиявки имели место на всех уровнях. Написал полковник, что пороху истратили на тысячу рублей, кто там проверит, что солдаты стреляют только два раза в год. Да и чего им учиться стрелковому бою, если в линейном сражении все стреляют в ту степь, а егерей в русской армии и не было вовсе, пока я такой красивый не проявился.
Или взять того же генерала Степана Федоровича Апраксина. Откуда у него не менее, чем миллионное состояние? Земля, с малым количеством крепостных, повсеместно вспаханная? Не секрет это и при дворе все знают и не осуждают, что землю ту обихаживают у местоблюстителя президента Военной коллегии солдатики. По сути, у него в крепостных не менее дивизии солдат, а то и больше. И не только в этом источник доходов моего будущего заместителя.
Вот и получалось направлять недоученные полки на войну, которые, по мнению того же Миниха раньше показывали себя с лучшей стороны. Нужно создавать более организованную армию, обученную. По крайней мере, тратить время не на обихаживание мундира и крахмаления буклей, а на учение штыковому бою и прицельной стрельбе. И уж точно не пахать на генеральских полях. Скоро войны, в иной реальности Семилетняя война унесла жизней от трехсот тысяч до полумиллиона. Цифры катастрофические.
Но и организовывать сверхармию из множества полков при существующей системе комплектации, я точно не собирался, пока только одна дивизия, но способная на многое, как я надеялся. После, из дивизии корпус, далее армию, коих должно быть две. После шести-семилетнего обучения, расселять солдат на приграничные территории и, при необходимости, мобилизовать этих уже обученных солдат. Что-то вроде военных поселений Аракчеева, но без жесткого режима дня и при системе периодических проверок боеспособности. А еще нужно перейти на батальонную систему комплектования полка.
Что касается Христофора Антоновича Миниха, который, ну не способный к интригам уже потому, что признался в участии в покушении, то его вина заключалась лишь в том, что он взял деньги от прусского посла Акселя фон Мардефельда, тем более, что я знал об этом. Но в этом времени все брали деньги. Так можно было и Екатерину обвинить, которая взяла, вернее ее мама, деньги у короля Фридриха. Бестужев вообще кормился с рук англичан, получая ежегодные выплаты не менее чем в двенадцать тысяч рублей, как и некоторые другие сановники. Уверен, что и мне бы предложили ефимок или рубликов, и я бы взял, но послы и другие шпионы не глупые люди и понимают, что лично я в деньгах, не нуждаюсь. Зря, конечно, нуждаюсь. Да и подарки в виде штуцеров я принимал и от Фридриха и от Марии Терезии и от дядюшки шведского. Чем не взятка?
Но произошедшее с Минихом пошло на пользу дела и он, подобрав из беженцев команду, как и пятьдесят семей с мужчинами, могущими держать оружие в руках, уже направляется к станице Магнитной. Инспекция крепости, создание засечных черт на наиболее опасных участках, система безопасности у рек, пусть и на отдельных участках — вот задачи, поставленные перед гениальным инженером, но в меньшей степени военачальником.
* ……… * ……… *
Берлин, Потсдам Дворец Сан-Суси.
15 сентября 1746 г.
Берлин! Город контрастов и веротерпимости. Сюда сбежали некогда до десяти тысяч гонимых французскими католиками гугенотов, здесь жили и лютеране, были и те самые католики. Король Фридрих даже подумывал построить в Берлине мечеть, еще за долго, как в Европе это стало мейстримом. Музыка флейты и свободное общение короля хоть с бюргером, хоть и крестьянином — вот какой был просвещенный король Бранденбургского дома.
Видимо, поэтому, а не из-за немалого содержания в полновесном серебре, в Берлин, а после в Потсдам переехал и известный человек Просвещения Франсуа Вольтер. |