Кассандра напоминает о нашей поездке по магазинам, Данте берет меня за руку, выводя из столовой. Как только мы оказываемся в коридоре, я поворачиваюсь к нему.

— Что все это значит?

— Дворцовые интриги и политика. Держись от этого подальше, Роза. Слава Богу, что мы не будем здесь жить.

— Данте?

Он смотрит на меня сверху вниз, и я замечаю его обеспокоенный взгляд, хотя внешне он выглядит вполне нормальным.

— Да?

— Мне понравился твой отец. Мне кажется, что он очень хороший.

Он сглатывает, затем с трудом улыбается.

— Думаю, ты ему тоже понравилась. Пошли, я хочу показать тебе вид с башни.

Мы молча идем в башню.

— Осторожно. Эти лестницы слишком коварны, — предупреждает меня Данте, пока мы поднимаемся по извилистым ступенькам.

Добравшись до вершины башни, я невольно громко выдыхаю от открывающегося вида. На фоне ночного неба с ярко светящими звездами, огни города смотрятся, как мерцающий ковер под нами. Великолепно. И мне становится даже стыдно, что только единственная семья может наслаждаться таким видом.

Я поворачиваюсь к Данте.

— От вида захватывает дух.

— Да, Аванти — очень красивая страна. Мы познакомимся с ней завтра.

— Твоя страна мне очень нравится.

Я пытаюсь отыскать хоть какие-то чувства у него на лице в полумраке. С самого ужина он отдалился от меня.

— Данте, ты можешь сказать мне, что происходит?

— Нет, Роза. Я не буду втягивать тебя в это дерьмо. Мы будем жить отдельно от моей семьи. И приедем сюда только в случае необходимости. Возможно, в следующий раз мы придем на похороны отца.

Я замираю.

— Твой отец, действительно, болен?

Он смотрит вдаль на горизонт.

— Не знаю, но он выглядел не очень хорошо, да?

— Да. Извини.

— Все в порядке. Мы с отцом, как два незнакомца. Мои воспоминания о нем ограничиваются только мамой, когда она была жива. Тогда он был совсем другим. После женитьбы на Линнии он резко изменился. — Данте хмурится. — Давай не будем больше говорить о них. Я хочу отвести тебя в твою комнату. Ты должно быть устала.

— Нет, я нормально себя чувствую. Я же спала во время полета, помнишь, — отвечаю я, но он разворачивается и ведет меня на выход из башни. Мы опять идет молча через коридоры и парадные комнаты.

— Ну, вот мы и пришли, — наконец, говорит он. — Твои апартаменты.

Я внимательно смотрю на него, пытаясь понять его настроение.

— Спасибо. Вечер был очень приятным.

— Я могу сделать его еще приятнее, — говорит он с кривоватой улыбкой.

— О?

— Ты даже не можешь себе представить, какие мысли роились у меня в голове, пока я шел за тобой следом, видя перед собой вырез на спине этого платья, вверх по лестнице башни.

И от его слов по всему моему телу разливается тепло.

— Но ты не можешь. Это verboteni.

Его глаза расширяются.

— Ты выучила слово, обозначающее табу в Аванти?

Я прикусываю нижнюю губу.

— И еще другие. Хочешь их услышать?

Он открывает мою дверь, наклоняется и поднимает меня на руки, потом несет к кровати истинной принцессы. И когда он занимается со мной любовью, я точно понимаю одно — я по уши влюблена с своего Принца.

29

Роза

Я просыпаюсь утром одна в своей кровати принцессы, потянувшись бросаю взгляд на часы на телефоне. Данте сказал подготовиться к восьми, но сейчас только 6.30 утра, и поскольку я оставила шторы открытыми вчера вечером, вижу, что уже рассвело.