— Отрадно слышать.

Князь сдержанно улыбнулся и проговорил:

— Ваша мать тоже всегда в первую очередь заботилась о других людях. Славная была женщина… Каждый день я корю себя за то, что не смог защитить её. Но мне хотя бы удалось выполнить её просьбу и защитить вас.

Сказав это, он замолчал, ожидая реакции.

Я же пытался понять… играет? Или он сейчас искренен?

Реакцией моей было молчание.

Я ждал продолжения.

И спустя несколько секунд князь вдруг склонил голову:

— Прежде всего я хочу попросить у вас прощения. Во многом именно из-за меня вы едва не погибли в Лондоне. А затем по моей вине Орден Разочарования обнаружил вас в Новосибирске.

— Подробности, — сдержанно проговорил я.

Он выпрямился и развёл руки в стороны:

— Я не смог предотвратить слив информации о ячейке Парфёнова. Я даже не был готов к тому, что их вдруг сольют. Тот, кто сделал это, вообще не должен был о них знать, — Министр горько хмыкнул. — Ну а что касается Новосибирска… Так это мой брат проявил инициативу и слил мстительному Ордену информацию о вас. Он решил использовать вас в качестве наживки, совершенно не заботясь о том, что будет с вами в дальнейшем. Я слишком поздно узнал о его плане. И я очень рад, что вы не пострадали.

Он поджал губы и вновь обозначил поклон.

— Хм… звучит так, будто ваш брат последний злодей, — хмыкнул я.

— Не последний. Но суть вы уловили.

— Но теперь он просит меня спасти Лизу, — проговорил я и замолчал.

На лице князя дрогнул мускул. Он выдохнул и произнёс:

— Я бы тоже хотел, чтобы именно вы взялись за это. Но… я не рекомендую вам в это ввязываться. Это может быть смертельно опасно для вас. Мой брат может вновь попытаться использовать вас как расходный материал. А может, и хуже… Не только использовать, но и подставить в конечном итоге. Я не могу допустить вашей смерти. Тем более, смерти из-за моей семьи.

Удивил. Нет, ну ведь в самом деле удивил. Если он играет, то актёр из него просто фантастический.

Что ж, проверим кое-что.

— Почему вдруг князю и Министру так дорога жизнь какого-то вчерашнего простолюдина? — с вызовом спросил я.

И вот тут Волконский вновь позволил себе улыбку:

— Мне кажется, вы знаете, Максим Константинович. По моим прикидкам обретение Метки должно было ослабить заклинание, чтобы облегчить его дальнейшее снятие. Честно говоря, я на это рассчитывал — снять его… когда будет лучший момент. Рассчитывал. Примерно до тех пор, пока вы не стали творить свои подвиги и обрастать верными вассалами. Видимо, случилось всё чуточку иначе, и Метка сама сразу сняла блок на вашей памяти. Не так ли, Ваше Императорское Высочество?

С этими словами князь поднялся со своего места и церемониально поклонился мне в пояс.

Глава 5

Я сидел перед экраном ноутбука и смотрел на склонившегося в пояс Сергея Волконского.

— Подними голову, князь, — произнёс я ровно.

Он разогнул спину и уселся обратно в кресло.

Сидит. Смотрит на меня. Я смотрю на него. Между нами искра! Буря! Безумие! Хотя внешне оба совершенно спокойны.

— Скажи-ка мне, князь… — неторопливо начал я, размышляя, как лучше построить диалог.

А затем нахмурился и рубанул с плеча:

— Нахрена вообще было стирать память малолетнему царевичу?

Волконский ещё несколько секунд пристально изучал меня, а затем улыбнулся краешком губ:

— Мне кажется, у вас есть ответ на этот вопрос, Ваше Императорское Высочество.

— Разумеется, — отозвался я.