— Странные ты вещи говоришь, — хмуро произнёс я и демонстративно потыкал пальцем себе в черепушку. — Сколько себя помню, всякого дерьма от добрых Матушек Арины да Елены нам хватало.

— Я понимаю, о чём вы. Но в тот момент, по словам вашей Матушки, готовилось нечто более серьёзное, — также хмуро ответил он. — Я её спрашивал, откуда информация, есть ли доказательства… Но она лишь улыбалась и говорила: «Материнское сердце чует». А затем начинала перечислять своих биологических сыновей. Мол Константину точно ничего не угрожает. Он под постоянным надзором своего отца. Владислав на тот момент тоже начал часто тренироваться с отцом, и Его Величество уделял ему немало времени. А вы были ещё юны для занятий с Его Величеством. Но уже, в отличие от царевича Глеба, жили отдельно, а не под присмотром вашей Матушки.

— Стало быть, я в глазах матушки Валентины был самым слабым звеном?

— Всё верно. Полагаю, императрицы Елена и Арина хотели подкосить вашу мать, убив её дитя. Надеясь, вероятно, что в дальнейшем это повлияет и на царевича Константина, который редкие свободные минуты тоже любил проводить в компании родной матушки.

— А если что-то подкосит прямого наследника, то добрые матушки Елена и Арина сразу бы продвинули вперёд своих чемпионов. Мишу и Лёшу, соответственно, — кивнул я. — Допустим. И? Мы подошли к самому главному. Зачем ты испортил мне мозги?

— Прошу прощения за это. Но в тот момент мы рассудили, что таким образом ребёнку будет проще пережить расставание с родными, с домом, с привычной обстановкой. Хотите верьте, хотите нет, но мы переживали о вас, Ваше Императорское Высочество. Вам ведь всего семь лет было. Мы хотели облегчить вашу интеграцию в новую жизнь.

— А заодно и… — я замолчал, предлагая ему продолжить.

Он усмехнулся и кивнул:

— А заодно и обезопасить вас и ваших опекунов. Семилетний царевич, которого уж точно не готовили к службе в разведке, легко мог выдать и себя, и свою новую семью.

Я откинулся на спинку кресла и задумчиво выдохнул.

Примерно так я всё это и представлял. Волконский сделал из меня спящего агента. «Спящего» — практически в прямом смысле слова. По его плану я должен был жить-не тужить в Лондоне, до тех пор, пока не вырасту, не обрету Метку и не начну набирать силу. А там он бы подскочил ко мне на белом коне.

Хотя… наверное, когда всё начиналось, он не думал, что вскоре погибнет император, а затем и моя мать.

Внезапно виски обожгло болью. От неожиданности я сжал зубы и поморщился.

В памяти начали всплывать образы:

Красивая женщина с роскошными тёмно-русыми локонами присела передо мной на корточки, чтобы наши лица были на одном уровне:

— Прости, Максим… Но так будет лучше для всех нас, — произнесла она, и голос её дрогнул.

А из её глаз потекли слёзы.

Она не выдержала и подалась вперёд, рыдая, прижимая меня к груди и гладя мои волосы, она зачастила:

— Прости! Прости меня, сынок! Я не знаю, что делать… Я хочу защитить тебя, спрятать! Защитить, как Ира Женю! И… У меня нет другого выбора. Мама любить тебя, сынок! Мама делает это ради тебя! Надеюсь, когда ты всё вспомнишь… ты сможешь простить свою мать!

Я скрипнул зубами.

— Ваше Высочество, с вами всё в порядке⁈ — обеспокоенно выпалил князь, вскочив с места.

— Да нормально всё, — махнул я рукой. — Не паникуй. Просто кое-что припомнил…

Я медленно выдохнул, пытаясь унять эмоции.

Грёбанное перерождение!

Нет я, конечно, благодарен Хаосу за второй шанс с опытом и воспоминаниями прошлой жизни, но вот подобные выверты сознания меня напрягают.