– Прошу любить и жаловать, моя супруга! Королева народов Банту и сама Банту!

– Честь имею! – шваркнул под столом кедами Данила и рухнул на стул.

А я решил в более изысканной форме приветствовать ее величество. Не зная, как правильно надо обращаться в подобных случаях к королевской особе, я решил схитрить. Низко поклонившись, я повернулся к хозяину дома и деревянным языком сплел простенький комплимент:

– Владлен Петрович, поскольку я не знаю языка на котором, изъясняется ваша венценосная супруга, с вашего позволения нельзя ли использовать вас в качестве переводчика?

Управляющий банка, разрешая, благосклонно кивнул головой. Я продолжал: – Засвидетельствуйте ей от меня лично неизменное восхищение и уважение, и скажите, что великая честь оказанная ее величеством нам с Данилой, делает нас самыми счастливыми людьми на свете!

Я сел за стол.

– Браво! Молодец! – захлопала в ладоши принцесса Цеце, выговаривая русские слова без единого акцента. – Моя слабость – благородная рыцарская речь. Я по ней так истосковалась. – Она бросила взгляд в сторону занятого едой мужа. – А сегодня романтический дух утрачен, плоть пленила душу, миром правит голый интерес.

– И правильно, что народ не склонен к философским бредням! – перебил ее Владлен Петрович.

Королева Банту окинула величественным взором притихший стол.

– Сожалею, мой дорогой, что не могу согласиться с тобой, но забывать благородные традиции старины не следует. Без занимательного собеседника все обеды проходят у нас бесцветно и пресно. Поэтому с сегодняшнего дня, – королева Банту с улыбкой обратилась ко мне, – ты мальчик, на законных основаниях можешь присутствовать на всех званных обедах. Я зачисляю тебя в пажи.

Господи, я вспотел и не знал, что ответить. Только я открыл рот и произнес, «сожалею, ваше велич…», как Владлен Петрович властно поднял голову. Знаете, как лев расправляется со слишком самостоятельными членами семьи-прайда проявляющими не ко времени инициативу? Не знаете? Так вот, он их пугает громоподобным рыком.

– Мы здесь сегодня не для того собрались, чтобы демонстрировать красноречие, – перекрыл его диаконовский бас мой тонкий тенорок, – мы сошлись здесь, в столовой, для того, чтобы наша семья, наконец, объединилась и вкусила от одного хлеба. Не кровь объединяет людей, а время проведенное за одним столом. Поднимите глаза от яств, загляните в глаза друг другу, и вы поймете, зачем я вас собрал всех вместе.

Владлен Петрович торжественно встал. Основную причину сбора за ужином он объяснил коротко.

– Позволь дорогая супруга представить тебе еще одного моего сына... Данила – встань!

Казалось, невидимая рука подняла моего дружка со своего места. С куском хлеба в одной руке и ложкой в другой, мой приятель был представлен новой семье. Принцесса из племени зулу и Вадька перестали есть.

– Вадик обними брата! – последовал приказ.

Вадька оторопело переводил взгляд с меня на Данилу. Он ожидал очередного сюрприза. Если один, Данила – брат, то кто же тогда – я? Не дядька ли случаем?

– Ну? – в голосе Владлена Петровича послышались угрожающие нотки. – Ты и теперь недоволен? Я ведь не женюсь, я тебе брата нашел. Хватит букой сидеть!

Первым отошел от шока Данила. Он вылез из-за стола и полез обниматься с Вадькой. В принцессе из племени зулу видно взыграла королевская кровь, она не могла спокойно смотреть на счастье любого народа и тоже полезла целовать Данилу.