— Все еще вино, сеньоры. То же таэнское, хоть и холодное, — и ещё более ехидно посмотрел на нас.

Я ничему не удивился. Это как квантовая физика. Надо просто принимать её такой, какая она есть.

— Сеньор Магн, — наклонился ко мне Бруно. — Раз уж вы теперь один из нас, самое время открыть вам пару секретов. Например, один забавный способ обучения студиозов…

— Реторта магистра Гвидо, — подсказал Фарид с облегчением, радуясь, что разговор ушёл со скользкой темы.

Глава 20

Пф-ф-ф

— На вид — простой медный сосуд. Туда наливается вода, — пояснил Каас. — Стоит даже самому безалаберному, неусидчивому и невнимательному из студиозов хоть на долю секунды проявить усердие — и пффф…

Он взмахнул руками.

— Вода превращается в пар.

— Это сложное зачарование, — подхватил Бруно, — но не имеющее прямого отношения к алхимии. На сосуде нанесены символы. Они близки к тем, что мы использовали для усиления огня в битве с нежитью.

Бруно оживился, как всегда, когда речь заходила о тонкостях.

— Как и где магистр Гвидо открыл эти знаки — до сих пор загадка, терзающая умы.

Я вежливо продемонстрировал удивление. Ставлю ченти против дуката, что он их просто выдумал. Главное ведь — вы знали, что делать, и какой будет результат. А так как вы, сеньоры маги, сами по себе ходячий паранормальный феномен, нарушающий законы физики — у вас всё получилось.

Он усмехнулся, как будто прочел мои мысли.

— А теперь представьте: наложить эти символы на медь или золото — металлы, способные удерживать магию… И они мгновенно превращают воду в пар.

— Не вскипятить, — вставил Фарид, подняв палец. — А именно превратить. Это важно, сеньор Магн.

— Пффффф! Такое не забывается! — воскликнул Каас. На этот раз он даже вскочил, изобразил руками нечто вроде взрыва.

Хм… любопытно.

— Вы сможете увидеть это сами — на новых потоках, — засмеялся Бруно. — Это лучший момент. Первый студиоз сидит над ретортой часами. Ждёт, пыхтит, не дышит. А потом — бах! Всё получается. Он кричит. Все радуются.

Он сделал тот же жест, широко взмахнув руками в стороны. Бруно продолжил:

— Второй ученик уже сидит меньше. И спокойнее. Как будто греет воду на костре — ведь он уже знает! Он знает, что это возможно. И всё.

Бруно сделал паузу, улыбнулся.

— А те, кто в конце очереди, тратят на процесс столько же времени, сколько нужно, чтобы выпить бокал вина.

Он показал личным примером — сколько занимает это времени.

— Секрет в чём? — снова заговорил Каас, педантичный, точный. — В том, что на результат реторты не влияет ни сила врождённого таланта, ни его направленность. Только настрой. Только правильное состояние духа. Реторта срабатывает — и всё.

Он помолчал.

— Но отбирать студентов на мой факультет я всё равно предпочитаю лично…

Я уже знал, что одна служанка оказалась талантливей половины его учеников, так что кадровая политика Кааса меня не интересовала. А его болтовня мешала мне сосредоточиться — в голове металась недооформившаяся мысль. Как тень по стене.

— Покажите! — сказал я и резко встал, со скрипом отодвинув тяжёлый стул.

— Сеньор Магн? — настороженно поднял на меня взгляд Фарид.

Глаза растерянные. Я уже знал, убийцы смотрят по другому. С такой ленью во взгляде. Смотрят на тебя как на решенную проблему. Почти решенную. Следят, чтобы проблема сама себя не усугубило. Внимательно. Такое трудно скрыть. Когда у человека в опциях есть выбор «убить», ты это чувствуешь.