Однажды, в моем мире, французы так ненавидели аристократов, что подняли восстание, превратившееся в революцию. Революция, это когда меняется строй. Они убили всех своих аристократов и начали войну со всеми соседними. А лучшие люди Франции были избраны во власть и стали строить лучшее будущее для всех французов. Это была хорошая попытка — революционный девиз "Свобода, равенство, братство" — до сих пор на слуху.

Вот только, всего через двенадцать лет, устав от воровства и некомпетентности, французы радостно приветствовали коронацию нового монарха. Правда, Наполеон стал Императором — быть королем для него было слишком мелко.

Я намеревался пройти по следам великих. Уйти и подождать, пока все не рухнет. А потом подождать еще немного. А потом вернуться, ведя за собой верных и видя лица горожан, полные надежды. И тогда я выжгу каждую гниду, которая может хотя бы подумать против меня. И стану именно таким владыкой Караэна, к каким я привык в своем мире.

Неограниченным и единовластным правителем.

А после этого уже и о прогрессорстве можно подумать. Надо всерьез местных Королёвых и Мичуриных напрячь. Я хочу магическую Бентли. Коняшки, они, конечно, существа милые. Умные. Красивые даже. И привязываешься к ним. Но неудобные. А как они воняют...

Начать надо с паровоза. За железными дорогами будущее... Если это резко сократит время оборота товаров и стоимость их доставки, то запустит нечто, похожее на промышленную революцию. И Караэн станет центром империи просто в силу естественных законов природы. Как Англия, когда-то. Конечно, будут проблемы. Если получится создать аналог паровозов, те же бурлаки окажутся "за бортом". И, возможно, фермеры — земля вокруг Караэна быстро станет слишком дорогой, ведь её будут застраивать заводами. А еду будет дешевле возить... Да из того же Королевства Фрей. А нужно ли нам это? Нет, продовольственная безопасность это как ремень безопасности в машине. Всегда мешает, ломается, одна морока. И только однажды может жизнь спасти. То есть должен быть в рабочем состоянии всегда. Значит, промышленные районы из долины выносим. А куда?

Путь до дома я провел в действительно важных размышлениях.

Глава 25. Уйти, чтобы вернуться

Путешествие по новому городу, вдоль старых стен, всегда событие. Не зря местные так тратятся на одежду. Интернетов нет, заводов тоже пока не изобрели. Люди либо заняты ремеслом во дворах, либо просто тусят на больших улицах. Поэтому каждое появление рыцарей в городе, это как парад на красной площади. Мальчишки запоминают гербы, лошадей, доспехи. Поэтому мы со Сператом и были, как говорится, "при параде". В доспехах, с оружием, лошади в дорогой упряжи. По пути горожане смотрели на меня с улыбками. Я с удивлением понял, что для меня одобрение города важно. Это тебе не безликий лайк в инстаграме. Каждое улыбающееся лицо грело душу. И наоборот. Если горожане вдруг станут хмурыми и неприветливыми, то настроение испортится гарантированно.

Улица Караэна, ведущая к ратуше, работала как аналог соцсети и постоянная обратная связь с власть имущими. Вот только городской совет уже давно передвигался по ней исключительно в закрытых паланкинах и с охраной. А что если запретить паланкины? Прямые запреты работают плохо. Надо всегда стимулировать в нужном месте, а не по рукам бить. Ввести налог на паланкины? Только подчеркнет их элитарность. Зайти с другой стороны, и разрешить паланкины для продажных женщин? Чтобы ассоциации были позорненькие.

Под мои размышления о законотворчестве, мы прибыли в поместье Итвис. Утопающий в зелени дом показался мне родным, а кланяющиеся слуги и вовсе заставили сердце тревожно забиться. Магн никогда особо не любил Караэн. Но вот поместье Итвис он... Не то что любил. Оно для него было вроде как Родина. Он чувствовал связь своей судьбы с судьбой семейного клана Итвис вообще и этого старого здания в частности.