Но лично меня больше всего напрягала ваза с виноградом. Это был самый ловкий и опасный удар. Я бы обязательно погрыз ягоду. Учитывая, что виноград тут больше дикий, то вкус у него может быть и горький, и кислый, и какой угодно. Климат жаркий, персики надоели, так что виноград я бы жрал горстями, несмотря на горечь от яда. Точно бы отравился. Если бы не ведьмин биосканер. Реально, чудом пронесло.

Леон вздыхал, расстроенно рычал и бил себя закрытую латами грудь кулаком, прося немедленно лишить его жизни. Даже без Эли я понимал, что он лукавит. И ожидает снисхождения.

— Ты ошибся. И сам чуть не умер. Я прощаю тебя. И оставляю тебя на прежней должности! — официально объявил я. С Леоном с глазу на глаз поговорить не удалось, так что вокруг было полно свидетелей. Я вручил ему письмо где в общих чертах был приказ перевести поместье на осадное положение. — Это ты откроешь и прочтешь наедине…

— Но я не умею читать, — Леон, теперь уже с непритворным ужасом, глянул на письмо в своих руках.

— Попросишь Вокулу. А в наказание за твою ошибку… — я подвесил зловещую паузу. Леон был уверен, что я его не убью. Но вот выгнать, например, вполне мог. Он явно волновался. Сжал руками письмо, помяв бумагу. Но смотрел твердо, подняв подбородок. И стремительно бледнел. Забавно, в бою, перед лицом магии и стали, действует спокойно и хладнокровно, а перед начальством бледнеет. — В наказание я хочу, чтобы ты попросил у каждого, кто чуть не погиб прошлой ночью, прощения. И еще, спроси как бы они проникли в поместье, если бы были на месте наших врагов. И сам постоянно думай об этом.

— Хорошо, мой сеньор. Но все же, может вы поручите защиту вашей жизни кому-то более… Опытному? — тяжело вздохнул Леон. Ему не нравилась его должность. Он не видит в ней перспектив, только ответственность. А значит, он идеально для этой должности подходит.

— У тебя есть дети? — спросил я.

— Д-да… Сын и… и еще один сын… — Леон растерялся от вопроса. — Они живут у родни жены, недалеко от Караэна…

— Перевези их сюда. Можешь отдать им любую спальню, кроме моей, — велел я.

— Зачем? — напряженно спросил Леон. Опустил “мой сеньор” и вообще весь как кот взъерошился. Ему есть от чего забеспокоиться. Я ж из Инобал. С меня станется взять их в заложники.

— Тут тебе легче их будет защитить. Не забывай, твоя должность важна, а значит опасна. В том числе и для твоей семьи. К тому же, твоим сыновьям стоит начать привыкать к жизни сыновей маршала семьи Итвис.

И пока Леон подбирал слова, я ушел. По статусу Леону маршалом быть не положено. Но это поправимо. Улучшу момент, дождусь когда он сделает что-то приличное и возведу Леона в рыцари.

Оставался разговор, который обещал быть самым трудным. Я спустился вниз, в нору к своему казначею. Вокула ко мне сегодня так и не вышел. Дуется.

Я вошел в памятную мне еще по первому дню комнату. Вокула встал из-за заваленного пергаментными листами большого стола и молча поклонился, как и остальные присутствующие. Жестом приказал писарям убраться. Я сам закрыл за ними дверь. Подошел к Вокуле. Положил адресованное ему письмо рядом с ним. Мельком глянул на бумаги. Таблицы и графики. Я не так много ему показывал, но Вокула все схватывал на лету. Очень похоже, что следующая отчетность будет на порядки более читабельной. И куда более наглядной.

— Тут мои указания, — постучал я кончиками пальцев по письму. — Откроешь когда будешь один, прочтешь и исполнишь.

— Да, мой сеньор, — Вокула склонился еще ниже, так и не подняв на меня глаз.

Я помялся. Одно из моих поручений требовало обсуждения. Я не был уверен, что Вокула его исполнит.

— Я хочу, чтобы большая часть моих земель, и земель конфискованных мной у… — я забыл имя казненного мной человека, хотя искаженное страхом и болью лицо в памяти отпечаталось, как на фотографии.