Я даже придержал коня. По улицам, от меня расходилась волна восторга. Да, меня радостно приветствовали, выказывая просто максимальное уважение.

— Меч. Этот меч похож на “воловий язык”, — тихо сказал нагнавший меня Сперат. — Они думают, что вы носите меч горожанина.

Я улыбнулся и помахал рукой. Увы, все хорошее кончается, кончился и этот внезапный прилив признательности от горожан.

Мы без приключений миновали стражу у ворот и покинули город. Дорога, ведущая к предгорью, была пустынна. Только изредка по ней ехали телеги с ближайших ферм.

Я радостно и искренне улыбался. Чем дальше были стены Караэна, тем легче мне дышалось. Как будто я вырывался на свободу из черного, давящего, липкого и унылого плена. Плена в плену более сильной, древней и безумной сущности, которая диктовала мне свою волю. Как из Венома выдрался. В какой-то момент я оглянулся на Караэн и заметил, какое же печальное лицо у Сперата. Даже у заводных коней с поклажей, которых он вел в поводу, настроение было позитивное. А он кислый, как лимон.

— Эй, Сперат, что такой грустный? — крикнул я ему.

— Просто не привык убегать, — ответил он своим басом и испуганно глянул на меня. Понял что ляпнул от души и, нечаянно, правду. А с начальством надо от души лгать. — Простите мой сеньор, это не мое дело.

Я рассмеялся.

— Вот сразу видно, Сперат, что ты не из рыцарей. Что делают рыцари, если они атаковали врага, но не убили его? — спросил я.

— Они продолжают драться, — недоуменно ответил Сперат.

— Нет, мой юный оруженосец! — настроение было такое отличное, что я снова засмеялся.

— Я чуть старше вас! — обиделся Сперат.

— Рыцарь выходит из боя и ждет, пока оруженосец подаст ему новое копье. А потом выбирает удобный момент и бьет снова! — не обращая внимания продолжил я.

— То есть, мы берем разбег? — просиял Сперат.

— Вот, начинаешь понимать! — кивнул я ему. А потом отвернулся и улыбаясь поглядел в сторону гор. Где-то там жили горцы. Бандиты и головорезы, умудряющиеся выживать на границе с дикими землями. А еще дальше, упорные длиннобороды, чей хирд внушает опасения даже рыцарям. Они один раз мне помогли. Будет вежливо с моей стороны, сказать им спасибо. И спросить, не могу ли я чем либо помочь им. Вполголоса, не переставая улыбаться, я сказал сам себе:

— Нам просто нужны запасные копья. И много.

Эпилог

Древняя дорога между Отвином и Караэном, вымощенная желтым камнем, ночью казалась белой. Может, так лег свет ночного светила, может, так на неё действовала местность. Дикие земли подходили тут к к дороге вплотную и иногда происходило странное. И приходило странное. К счастью, по обе стороны дороги, идущей по искусственной насыпи, простиралось болото. И как бы не пугали внимательных наблюдателей светящиеся жуки размером с бутылку, или двигающиеся кочки, или ни на что непохожие звуки — все же из болот редко лезло что-то серьезней гоблинов да пиявок. Но иногда слишком самоуверенные путники пропадали. Чаще всего, ночью. А во время жарких дней, уровень воды в болоте падал и под отступившей тиной показывались человеческие или лошадиные кости и подгнившее дерево повозок. Поэтому торговцы сбивались в большие и длинные караваны в десятки и сотни телег, к которым прибивались путники идущие пешком или просто крестьяне на телегах. А охрана и возницы то и дело с подозрением обшаривали взглядом чахлые заросли корявых деревьев и зеленый ковер болота.