— Что? Почему?! Я не хочу! — полный отчаяния крик принадлежал светловолосой ведьме. Она зарыдала, свернувшись в клубочек и уткнувшись личиком в колени. Я растерянно посмотрел на затихших Гвену и Сперата. И понял, что опять нужно все делать самому.

— Найдите мне стакан воды, — велел я им. А сам приблизился и осторожно положил руку на плечо Эглантайн. Никогда не умел утешать девушек. Но у меня был опыт их истерик. Тут главное проявить выдержку и перетерпеть первые психи. А потом постепенно, осторожно как сапер на минном поле, выяснить причину. Но торопиться нельзя. Примерно в половине случаев истерика нужна для того, чтобы мужчина проявил заботу и понимание. В половине случаев, это значит посидеть рядом с тупой рожей. То есть, в успехе всего мероприятия уверенным быть нельзя, так что я тяжело вздохнул, готовясь к худшему. И подбирая нейтральные, успокаиващие слова. Как ни странно, тут мне пришел на помощь опыт Магна с лошадьми.

— Тише, тише. Не переживай. Все будет хорошо, — заговорил я тем самым голосом, которым Магн успокаивает лошадей. Это на самом деле сработало. Явно не слыша меня, Эглантайн стала успокаиваться, всхлипывая уже не так горько. Я наконец положил ей руку на плечо.

Ведьма вскинулась, почувствовав касание. Увидев, что это я, она вскочила, схватила меня за  одежду и рванула на себя. Вместо этого, разумеется, наоборот, притянув себя ко мне. Ну да, массы во мне побольше. Но это девушку не обескуражило и она закричала прямо мне в лицо, гневно нахмурив бровки:

— Да кто ты такой Магн Итвис? Почему я теперь принадлежу тебе?!

Глава 13. Вторжение

Осторожно взяв ведьмочку за плечо, заодно убедившись, что я далеко от котла, да и очаг давно потух, я посмотрел ей в глаза и сказал:

— Я ни о чем не просил. И мне тоже не нравится, что ты за мной теперь будешь везде волочиться. Но таково условие с которым твоя хозяйка вылечила Сперата. Это тебе ясно?

Глаза Эглантайн расширились. Но, скорее, от удивления чем от страха. Она просто не понимала происходящее. Или отказывалась в него верить.

— Нет… Да… Я… И почему вы так рано проснулись?

Все явно происходило не по её сценарию. Вообще всё.

— Сядь и успокойся, — велел я. Она кивнула и опустилась на пол. Я не стал её удерживать. Я обернулся, требовательно спросил у Сперата и Гвены — Ну, и где вода?

— Я нашла вот это, — Гвена вытащила здоровенный каменный пестик из ступки и глупо хихикнула. Он был подозрительно фаллической формы. Я неодобрительно покачал головой.

— Лично я тут ни к чему не притронусь! — официальным тоном заявил Сперат и бочком, бочком, двинулся к двери. Я только сейчас рассмотрел его габариты. Он не так сильно раздался в ширь и в высоту, сколько стал… Шире в костях? Мощные руки и ноги, широкая шея. Но дело не только в том, что увеличились мышцы, как у культуриста. Раздался вширь и подбородок, став прямо таки как кирпич, увеличились руки. Мой вычурно украшенный охотничий арбалет в ладонях Сперата казался удручающе маленьким. Детским.

— А ты похорошел, — бархатно выдохнула Гвена. Похоже, она тоже заметила изменения, произошедшие с моим оруженосцем. — У тебя такие большие и сильные руки, Сперат. Не хочешь поиграть на моей лютне?

Сперат остановился и удивленно вытаращился на Гвену.

— У тебя есть лютня? А почему ты не показывала? — спросил он.

— Так ты не просил! — ответила Гвена с акульей улыбкой. — Ты же такооой стеснительный… А так я всем показываю, кто попросит.

— Все заткнулись! — рявкнул я. — Потом будете игрища устраивать! У нас тут у человека мир рушится.

И в самом деле, сидящая у моих ног Эглантайн обводила своё жилище безумным взглядом, а из её глаз бежали слезинки.