За все время представителей измененной фауны нам встретились дважды. Если не считать безобидных бабочек. Один раз что-то очень длинное, похоже на сороконожку с пастью крокодила. Впрочем, это существо заметили издалека среди руин. Его встретили крики, несколько арбалетных болтов и пару магических зарядом. После чего существо скрылось и больше его не видели. Вернее, о том, что его видели мне докладывали каждый день, иногда не один раз — но ни разу эти сообщения не подтвердились. А вот твари, больше всего напоминавшие гигантские пиявки, в первое время доставляли нам проблемы. Пара быков и не меньше десяти человек пострадали от их челюстей.

Но это только в первую неделю. Да и то, только потому, что эти твари подбирались под водой. Впрочем, после первого шока, стало ясно — вооруженные мужчины это не еда для монстров. Чтобы охотиться на нас, надо быть чем-то особенным. Псевдопиявки особенными не были. Очень скоро выяснилось, что их мясо вполне сносное на вкус — и они окончательно превратились в добычу.

Удивительное дело, но Краас не нашел в гигантских иявках ничего особо волшебного. Однако их шкура оказалась легкой в обработке, поэтому пользовалась спросом. Их обдирали, потрошили, мясо говтовили а шкуры продавали маркитантам в обозе. Тем самым, что пришли еще с лучниками Вилы. А те перепродавали в город. Вообще, тносительная близость к Караэну — вот то, что вообще спасло мою экспедицию. Конный мог выехать из нашего лагеря в руинах утром и добраться до Военных Ворот до конца сиесты. Протащить повозку было куда сложнее и это могло занять три дня.

Казалось бы, раз никто не отрывает жопы моим людям, то почему я готов бросить всю затею? Проблема в том, что кое что жопы им таки разрывало. И увы, это было не то, во что можно воткнуть копье.

Мои войска медленно одолевал боевой понос. И задницы просто таки трещали от напора тугих струй. Несмотря на все мои усилия, уже через неделю каждый в третий в моем отряде имел проблемы с желудком. Повального поноса избежали только долгобороды. Я прилагал поистине титанические усилия для введения гигиены в войске — под видом религиозных обрядов, разумеется. И почти всегда упирался в объективные проблемы ограниченности местных ресурсов. Нужно было много кипяченой воды для мытья рук перед едой и просто для питья — но не было в чем её кипятить. Солдатский котелок — непозволительная роскошь для местных реалий. Это дорого, почти как шлем, а шлем это уже слишком дорого. Остро не хватало и топлива для костров. И так почти во всем. Хоть я и знал в общих чертах, как нужно, я не знал как именно сделать так, чтобы стало как нужно.

Люди Дйева довольно быстро наигрались в отважных рыцарей и их количество стало убывать. Впрочем, нельзя сказать что они прямо уж дезертировали. Так, стали просто уезжать домой на отдых. Сейчас постоянно присутствовало от силы человек сорок из двух сотен. И я был этому даже рад — псевдопиявок на всех не хватало, а кормить всадников вместе с лошадьми по традиции надлежало мне. А лошадь жрёт, как… Как лошадь. Очень скоро выяснилось, что на полтысячи человек каждый день надо не меньше трех сотен телег с едой. Потому что длинное плечо подвоза — четыре пятых телег была в дороге. И даже сотня лошадей добавляло к этому еще примерно сотню телег. Хорошо хоть воду скотина пила из болота без заметных для себя последствий, при соблюдении некоторых условий — их отводили в сторону от засранного лагеря, находили относительно чистые места, вырезали тину… Ладно, с этим тоже были большие проблемы и много возни.