Сперат налил себе вина, тяжело вздохнул и сказал:

— Надо сниматься с лагеря и уходить обратно в Караэн. Пока нас не попросили. Лучше в следующий раз прийти в Таэн в толпе паломников.

— Что по поводу Абеляра? — напомнил я.

— Абеляров тут полно. Надо понять, где именно живет тот, который нужен нам, — сказал Сперат. И достал письмо Гвены. — В письме написано, что он живет в архиве Культа на холме. Холмом тут называют только одно место, там где раньше было сердце Империи. Сейчас там почти сплошь развалины, но стоит замок Сердца Императора и рядом еще несколько зданий, в которых живут писцы…

— Что-то вроде вашей ратуши, — подсказал Ланс. — Там даже собирается Городской Совет Таэна. Не один из тех, с кем я беседовал, не смог сказать что этот совет делает, хотя уверенно назвал с десяток имен тех, кто не в нём состоит.

Я задумчиво кивнул. Да, архив скорее всего там, и он единственный, поэтому Гвена не дала никаких уточнений. Как тяжело без онлайн карт, однако.

— Не думаю, что кто-то из Таэна нападёт на лагерь, — сказал Ланс. — Если бы хотели, сделали бы это раньше.

— Не нравится мне сидеть и надеяться на их благоразумие, — пробурчал Сперат.

— Нам надо хотя бы с Абеляром встретится, — сказал я для Ланса, глядя при этом на Сперата. Сперат понимающе кивнул. Но я все же пояснил свои мотивы для Ланса. — Надо выбить для Бруно возможность там как следует полазить. Это может оказаться прибыльно.

— Попробую договориться на завтрашний день, — вмешался Ланс. — Думаю, это встанет не меньше, чем в двадцать сольдо.

— Ты опять хочешь проиграть деньги сеньора Магна? — возмутился Сперат, но полез в кошелек. Деньги на мелкие расходы были у него.

— Нет, проиграть бы пришлось больше. Думаю просто дать им на лапу, — покачал головой Ланс. — Они слишком тупые, в прошлый раз я чуть не выиграл.

План изменился — теперь, он, в основном сводился к тому, чтобы унести ноги. Но очень уж не хотелось проделать такой путь совсем зря. Поэтому я решил задержаться еще не надолго. На один, может два, дня. И послать Сперата с Лансом на поиски Абеляра. А потом поговорить с ним лично.

Этот план прожил часов восемь, до ежевечернего доклада моих троих администраторов.

Все прошло буднично. Последний из троих, Антон Барб, скороговоркой заканчивал свой доклад:

— Также пришли тридцать людей, назвавшихся простыми земледельцами. Все с оружием. От них говорили трое, все уважаемые люди в Таэне. Один из них мой внучатый племянник. Они жаловались, что ночью кто-то разорил сеновал неподалеку, и вывез всё сено и утверждали, что это сделали наши благородные войны. Я объяснил им, что даже если это так, то им следует направиться к Регенту и если их слова подтвердятся, то наместник Императора тут же выплатит им компенсацию, ведь он обещал нам всякое вспомогательство на его земле. А если наши люди взяли сено, следовательно оно им было нужно. Выслушав мои доводы, эти люди удалились…

— Ага, только еще полчаса орал,и что зарежут нас всех, пришлось мне поднимать людей и идти к тебе на помощь! — хохотнул Август. — Только когда они увидели меня на коне, они заткнулись и ушли. Трусливая таэнская шваль! То что они обосрали тебя используя свой рот, не значит, что это можно терпеть, Барб. Надо было…

Не думаю, что он хотел уязвить Антона, скорее похвастался своей предприимчивостью. Но Антон уязвился. Он побледнел, сжал кулаки, а потом зашипел, перебив Августа:

— И это говорит тот, кого макнул мордой в грязь какой-то шлюховод в рваных штанах!

Это было оскорбление и Антон даже на упреждение потянул кинжал из ножен. Однако Август не был аристократом в полном смысле, он не стал оскорбляться и кидаться на обидчика.