Я глянул за спину Леонхарту. У некоторых из его людей были арбалеты. Трофейные, конечно.

— А где ж им арбалеты взять, — сказал Фрозен. — Ихние-то кто отдаст теперь…

— Сколько стоит арбалет? — перебил я его.

— От 24 до 36 сольдо, сеньор Магн, — ответил мне Сперат.

— Ишь ты, — присвистнул Леонхарт, — А Кривой, скотина, по четыре сольдо скупал. Вот же гоблинская задница! Простите сеньор Магн…

— Сперат, займись, — велел я. И добавил, на всякий случай. — Деньги тебе я потом верну.

И, уже Леонхарту и Фрозену.

— Арбалетчиков отдельно завтра соберите, я с ними лично переговорю.

Глава 22

Ценность награды

Следующее утро встретило меня аппетитным запахом хорошо поджаренного ягненка — плод охоты кого-то из всадников. Видимо, кто-то не успел спрятать скот. Я искренне понадеялся, что местные, потерпевшие убыток от мародерства моих воинов, не будут из-за этого голодать. Но эти мысли не испортили вкус мяса. Мой завтрак дополнили яйца печеные на осколке глиняного горшка и плоские лепешки. С вином зашло отлично. Завтракал я не торопясь, давая время приготовиться к моему явлению строящимся рядом с лагерем пехотинцам и всадникам. Потом облачился в броню, накинул праздничный плащ и явился на смотр. Сначала, на коне, проехался вдоль строя латников. Их было человек сорок.

— Почему так мало, — вполголоса спросил я у Динадада, стоящего в середине.

— Тут только те, кто оказался в лагере и кто смог доказать своё участие в ночной битве, — так же тихо ответил он.

Ладно, пусть будет так. И я начал награждать. И вот тут-то я столкнулся с непредвиденной ситуацией. Их было слишком много. Каждому я вручал пышный бело-красный бант, говорил пару слов, спрашивал имя, благодарил и переходил к следующему. Не делая различий между аристократом, пажом и вооруженным слугой. После меня к ним подъезжал Сперат и выдавал сотню сольдо. Примерно трехмесячное жалованье рыцаря с копьем. Я решил последовать совету своих сотников. Вместе с передвижением не думаю, что затрачивал больше минуты на человека. Но их было много! Я потратил на награды не меньше полутора часов! Мда, надо будет пересмотреть процедуру, хотя, конечно, подобное личное отношение явно растрогало латников.

Закончив, я остановился и сказал, показывая бант:

— Этим знаком я отмечаю вас как храбрейших из моего войска! Носите его с гордостью!

Потом подозвал Динадада и высказал ему желание, чтобы мои конные латники учились совместной атаке. Пусть несколько раз выстроятся в линию для атаки, и имитируют её, чтобы быть более подготовленными к следующему бою. И не встретил понимания:

— Боюсь, мой сеньор, это ваше пожелание будет трудно выполнимо… — сказал Динадад.

— Особенно сейчас, когда сеньоры получили нежданные деньги и готовятся отметить это, — поддержал его Ланс.

В общем, после десяти минут намеков от моей свиты и моих наводящих вопросов, я все же сформулировал свое пожелание для благородных всадников. Под руководством Динадада им надлежало регулярно отрабатывать хождение в атаку. Понятие о боевой слаженности и военной подготовке у них было, они знали что делать. Вот только они продавали мне свое оружие, умение им владеть и магические таланты, но не свое достоинство. Я не мог им приказывать, и они не обязаны были бросаться исполнять мои желания, как слуги, вне боя. Больше того, если мои желания вдруг стали бы для них обременительны, они вполне могли закусить удила и, как минимум, уйти из армии.