— Я и не имел. Но у меня и таланты лежат не в той плоскости, чтобы стоило рисковать и усилять их, — с сомнением сказал я. — Может мой отец или брат… Я бы не удивился.

Мы некоторое время молчали. А потом я положил свою руку на руку Адель. Обхватил её поверх рукояти боевого молота. Она сейчас сидела на своем милом пуфике как суровый король с обложки темного фентези, держа молот одной рукой и упирая его в землю.

— Говорят, что женщинам нельзя говорить правду, — тихо сказал я. — Но я привык, что меня окружают необычные люди. И ты необычная женщина. Я не хотел тебе врать.

— Суккуб⁈ — прошипела Адель, повернувшись ко мне. — Почему суккуб⁈

Вдалеке Гвена возмущенно фыркнула. Но сдержалась и ничего не сказала. Вместо этого отступив уже к самому краю крыши. Сперат с тоской смотрел на неё.

— Я не выбирал, — ответил я. И повернулся к Сперату. — Сперат, скажи уже, что ты не хочешь на ней жениться. Просто неудачно пошутил. А то она сейчас прыгнет вниз от такого счастья. А сам иди сюда, налей нам вина и расскажи моей жене, как мы познакомились с Гвеной.

Глава 5

Ошибка

Сперат начал свой рассказ с прелюдии и введения. Но я жестко оборвал его, сразу задав место действия с камер узников в подвале Университета Караэна. Мне не хотелось вспоминать… свадьбу. Думаю, Адель и так знала все подробности о смерти моей сестры. Сперат понятливо подхватил и рассказал, что впервые Гвена предстала нам в образе рыжей девки с лицом, похожим на довольного поросенка. За что немедленно получил тычок в ребра от описываемого персонажа и тихое обещание сделать голос Сперата тонким и высоким. Потом Гвена немедленно потребовала меня опровергнуть эту наглую ложь. Я мудро остался над схваткой, не поддержав ни одну из сторон.

Мы с Гвеной и Сператом успели в подробностях вспомнить и схватку с вендикатами, и то, как нас чуть было не убил вампир, запертый под Университетом Караэна в золотой сфере. Я даже дал Адель в руки Коготь. Она осторожно вытащила его из ножен, но не до конца. Примерно на ладонь, чтобы осмотреть лезвие.

— Это коготь вампира⁈ — изумилась она. И в самом деле, если бы не небольшой изгиб, клинок выглядел прямо как узкий и длинный кинжал, треугольного сечения, с одной заточенной кромкой.

— Очень больно было, — поморщился я, потирая шрам под рубашкой. Адель с силой вогнала черное лезвие обратно в ножны и сочувственно погладила меня по латному плечу.

Тем временем Гвена, не удержала в себе желчь и упрямо отрицала то, что она нас спасла. Просто «Ей жутко захотелось упыря прикончить».

А потом мы долго смеялись, вспоминая как чуть не утонули в воде. Вернее, как Сперат плавал на своей лютне, а Гвена, все же, утонула.

Я услышал шаги Ланса когда Сперат уже подобрался к самому интересному. Надо сказать, Ланс не торопился — видимо нутром почуяв мое высокое неудовольствие, от того, что он греет уши. Наверняка он оскорбился, но выводы сделал правильные и задержался внизу довольно долго.

— В конце концов мы нашли выход на поверхность из тоннелей. Вернее, дыру. Через которую нас вытянули люди Фредерика. Они же помогли мне вернуть город, — закруглился я. — Но перед этим Гвена успела превратиться в суккуба. Сперат сделал вид, что ничего не заметил.

— А он и ничего не заметил, — уверенно сказала Гвена.

— Просто я не понял, что я увидел… — прогудел Сперат.

— И, как ты понимаешь, Адель, я уже не мог накинуться на неё с мечом в тот же самый миг. Ведь она уже доказала делом, что не хочет мне зла, — подытожил я.