— Не только поэтому, но и потому, что я думаю: вы хорошо подойдете друг другу. Он уважает тебя и не будет лезть в твои дела, как это делают другие.

Я знал, что он имел в виду. Просто поразительно, как обычные предприниматели, занявшись кинобизнесом, меняются. Тогда все правила, по которым они жили раньше, летят к черту.

— И даже нет никакой девушки, которую он хотел бы сделать звездой?

— Я могу ответить на это, — сказала Блондинка, только что вышедшая из ванной комнаты, замотавшись в длинное полотенце на манер индонезийского саронга.

Я удивленно посмотрел на нее. Дэйв тоже изучающе смотрел на девушку.

— Ты? — спросил он.

Она кивнула, небрежно положила лед в бокал и плеснула туда виски.

— Да.

Я не отрываясь смотрел на нее. Она повернулась ко мне.

— Я очень хорошо знаю Эда Джонстона. Это прямой парень. Он никогда не предлагал мне сниматься в кино.

Теперь все встало на свои места. Я вспомнил, когда она переехала в дом напротив. Около трех месяцев назад. Она всегда находилась у окна, что бы там ни было. И эти небрежно брошенные ею слова о том, что она работает по понедельникам в Чикаго. Там как раз штаб-квартира «Паломар Плэйт». Я продолжал молчать.

— Ты сердишься на меня? — спросила она.

Я покачал головой.

— Рано или поздно все бы стало ясно. Но мы потеряли много времени.

— Но ты тогда был занят другой девушкой, — сказала она.

— У меня бы всегда нашлась лишняя комната.

— Я старомодна. К тому же я могла подождать. Деньги платили хорошие, я не в обиде.

— И что ты узнала? — спросил я.

— Ничего, кроме того, что он уже знал. Ты классный парень. Так я ему и сказала. Он уже готов полюбить тебя. Я думаю, тебе он тоже понравится. — Она допила виски и поставила пустой бокал на столик.

Я повернулся к Дэйву.

— Ладно. Я поговорю с ним. Но без всяких обязательств.

Впервые за все время Дэйв улыбнулся.

— Хорошо. Он в Вегасе. Если мы изъявим желание пообедать с ним, он пришлет свой реактивный самолет.

Я взглянул на часы: было четверть первого.

— Ладно. Что-то я проголодался.

— Мы поедем в аэропорт на моей машине, — быстро сказал Дэйв. — Так мы сэкономим время.

— Ты поедешь на своей машине, — поправил я его. — А Блондинка поедет со мной.

По пути в Лас-Вегас я узнал еще кое-что об Эде Джонстоне. Блондинка рассказала мне немного о нем самом. Ну там о жене, двоих детях, о том, что он весь прямой и честный, добродушный, но твердый. Любит все делать без всяких там фокусов, четко и прямо. Иногда занудный, но властный и сильный.

Дэйв поведал мне о его деловой стороне. Раньше он был самым молодым командиром авианосца, но после корейской войны ушел с флота, несмотря на то что его хотели оставить и даже обещали звание адмирала. Он стал работать в «Паломар Плэйт» как исполнительный президент, а через год уже стал президентом и главой компании. Через пять лет начался период приобретений. Сначала он покупал понемногу, но потом пошел дальше и дальше, пока «Паломар Плэйт» не стал контролировать одну из самых больших компаний по упаковке мяса и сеть отелей. Кстати, его последним приобретением был новый отель «Флэминг Десерт» в Лас-Вегасе, где и должна была состояться наша встреча. Он также купил одну из крупнейших трансконтинентальных авиалиний и большой участок земли в Лос-Анджелесе, где хотел воздвигнуть Город Века, по типу проекта Алкоа.

Все это я мог понять. Но в моей голове не укладывалось, зачем ему нужна кинокомпания.