|
Она вылила его содержимое в стоявшую тут же миску, положила в нее яйцо и, перекатывая его пальцами, дождалась, когда оно все впитало. Реакция не заставила себя ждать: контуры яйца изменились, словно изнутри его пытались проткнуть множество иголок. Очевидно, внутри него две силы сошлись в жестокой схватке. Потом все закончилось. Черное яйцо приобрело свой изначальный вид. Альгонда бережно уложила его в коробочку, сняла с себя испачканную ночную сорочку, скрутила в узел и отбросила в сторону. Прихватив с собой флакон, она, обнаженная, легла на кровать, вылила себе на лобок последние несколько капель эликсира и втерла его в тело.
«Lystalimel oulvilam pactilifis murenam bectamalum» — пронеслось в голове Альгонды. Ни на каком языке эта фраза, ни что она означает, она не знала, но чувствовала, что это не простые слова, а слова заклинания. Спазм — один-единственный — под ее пальцами превратился в наслаждение. Альгонда улыбнулась. В ее душе снова был мир и покой. Нежное сияние окутало ее живот, спустилось на бедра, поднялось к грудям. Теперь светилось все ее тело. Альгонда мыслями сосредоточилась на источнике этого сияния, находившемся в ее чреве, до недавнего времени отравляемом злом. По щеке ее скатилась слеза. Невыразимое счастье… Уверенность. Такая крошечная и в то же время такая сильная. Ее дочка. Их с Матье дочка. Дитя их любви. Дитя фей.
Глава 3
В одно мгновение мысли перенесли Альгонду на пять месяцев назад, в Сассенаж, в освещенное голубоватым светом жилище колдуньи. — Кто вы? — спросила она у пожилой женщины. — Единственная, кто знает правду. Всю правду. Но, думаю, тебе нужны доказательства… На глазах у изумленной девушки она распрямила свой согбенный годами стан, превратившись в волшебно красивую женщину без возраста. Все в ней дышало добротой. — Презина… — пробормотала Альгонда, которая не сомневалась теперь, что ее догадка верна. — Мать Мелюзины… — Плантины, и Мелиоры! Да, я — Презина, покаравшая своих трех дочерей за то, что они заперли в горе своего отца, шотландского короля Элинаса, которого я любила! Фея подала Альгонде руку. Та схватилась за нее без страха, и исходивший от Презмны свет озарил и ее. Контуры окружающих предметов стали расплывчатыми. Перед глазами Альгонды появилась иная картина — укрытое зеленью плато в окружении высоких гор с заснеженными вершинами. Она почувствовала аромат цветов и теплое прикосновение ветра к своей щеке. — Это происходит с нами по-настоящему? — Конечно, Альгонда! Идем! Альгонда последовала за феей. Они остановились у кромки скалистого обрыва. Перед ними расстилался пейзаж такой красоты, что у девушки перехватило дыхание. В самом сердце долины, орошаемой семью реками, стоял город. Всюду возвышались башни причудливой формы, у прочих строений крыши были либо остроконечные, либо плоские, соединенные между собой переходами, либо в форме отражающих свет хрустальных куполов. Все в городе было необычайной, ослепительной белизны. Бесспорно, ничего красивее Альгонде в жизни видеть не приходилось. — Этот город — душа Высоких Земель, Альгонда. Здесь берут начало семь волшебных рек. Через невидимые врата их воды извергаются в твой мир. В давние времена люди проходили через эти врата случайно, заблудившись в тумане, который часто возникал в тех местах, где пространство и время искривлялись. — Пространство и время искривлялись… — повторила Альгонда озадаченно. — Простите меня, Презина, но это… — Ты права, моя девочка, это непросто объяснить и понять. Проще говоря, существуют миры, невидимые человеческому глазу, — параллельные миры, которые располагаются во времени так близко друг к другу, что иногда соприкасаются. |
