Общий смех и аплодисменты прервали мои разглагольствования о переводе фамилий на русский язык, а я ещё не дошёл до западных фамилий. А как вы хотели? Вот звонкая фамилия Брик переводится просто как Кирпич. Карпентер — Плотник-каретник. Пламбер — Слесарь-сантехник. Кольт — Жеребёнок. Обама — Кривой. Буш — Куст. Трамп — Козырь. Купер — Бондарь. Бэйкер — Пекарь. Шепард — Пастух, чабан. Чапмен — Торговец. Бонд — Выходец из крестьянского сословия. Спенсер — Кладовщик. Батчер — мясник. Миллер- мельник. Тэйлор — портной. Кук — повар. Борн — Ручей. Барбер — Парикмахер. Аккерман — Пахарь.

— Замечательно, — сказал мужчина с бородой. — Я дарю вам эту книгу.

Как-то это было сказано по-купецки, с размахом и очень напоминало ставший классикой анекдот, типа: «Мальшик, канфетку хочишь?».

— Спасибо, — сказал я, — но дети не должны принимать подарки от взрослых людей.

Мой ответ остудил собравшихся, и все разошлись по своим полкам.

— Извините, молодой человек, — сказал бородатый, — я не должен был так говорить. Просто нашему магазину исполнилось сто лет и эту книгу впервые за сто лет кто-то попросил показать. Когда вы придёте с родителями, книга будет дожидаться вас на прилавке с дарственной открыткой, потому что мне как-то не с руки делать дарственную надпись на книге одного из великих людей человечества.

Мой резкий кивок головой означал, что его слова приняты, произошедшее забыто и вообще: честь имею. Щёлкание каблуками было излишним для ребёнка. Нащёлкаться ещё успеем.

По дороге домой я зашёл на рынок к ходе. Для меня он был уже не ходя.

— Цзунь цзинь де сие цзян сиень шэн! Ни туй во де юаньджу хэнь та, сие сие нинь (Глубокоуважаемый господин сапожник! Я благодарю вас за большую помощь мне), — сказал я и сапожник чуть было не свалился со своего стула. Хорошо, что Кондратий его не хватил.

Ещё пару раз ко мне во сне приходил Учитель Кхун и рассказывал о Троецарствии, во время которого выживали те, кто умел выявить наиболее сильный клан, к которому нужно присоединиться и знать момент, когда клан ослабеет, чтобы успеть выбрать другой. Он мне показал огромную книгу, которая имела название «Хун лоу мэн» (Сон в красном тереме) и рекомендовал прочитать её.

— А если ты ещё прочитаешь «Цзин пхин мэй» (Цветы сливы в золотой вазе), — сказал Учитель Кхун, — то ты сможешь повелевать не только мужчинами, но и женщинами. Я вижу, что ты выглядишь как пресыщенный знаниями человек, поэтому дальше ты должен заняться самообразованием, но не нужно торопиться показывать свои знания, чтобы сильные люди не навредили тебе, пока ты не набрал достаточно сил.

Он попрощался и исчез в голубом тумане, поднимавшемся от горизонта.

В эти ночи я практически не отдыхал и просыпался по утрам с тяжёлой головой, как будто я всю ночь работал, не смыкая глаз.

Отдохнув примерно с неделю, я начал ложиться спать с внутренним заданием, чтобы мне приснился кто-то из специалистов европейских языков, немецкого и английского, но сколько я ни ставил себе задач вызвать европейских учителей, никто мне не снился. Пришлось заниматься языками самому, благо в первой жизни я в военном училище получил квалификацию военного переводчика немецкого языка.

Во время самостоятельных занятий я заметил, что как только я начинаю заниматься изучением языков, так на меня нападает сонливость и зевота до слёз в глазах не даёт заниматься. Здесь нужно напрягать силу воли, чтобы преодолеть этот синдром и боязнь большого объёма информации.