— А их не примут в Сеть, — злорадно сказал Лин. — Транспортники не придурки, слава богу.

— Мёртвые души, — произнёс Клео. — Как это мерзко. Хотя я могу понять причины: наверняка они боятся эмпатов, потому и держат в таком положении.

Нарелин поинтересовался:

— Нам можно проинформировать местных о том, что мы выкупаем для воссоздания, или об этом лучше деликатно умолчать?

— Ничего они не боятся. Просто никогда не верили в Бога. Ладно, дело не наше, конечно, но эти «свободные люди»… — начал Лин, но Пятый его остановил.

— Ты чего, уже подснял? — спросил он сердито.

— А як же ж. У них самоназвание переводится как «свободные люди» или «свободный народ». Они такие свободные и гордые, а кто не с ними — те быдло. Такая вот на первый взгляд немудрящая философия. Те, кто являются частью монады, по их мнению, лишены Сводного Духа и людьми не являются. Как картинка? — ехидно спросил Лин.

— Никак, — ответил Нарелин. — Кривых зеркал, увы, много. Без происхождения этой байки о ней ничего не скажешь. Но если мы оживим «прутьев» втайне от законных, так сказать, владельцев, у нас потом проблем не возникнет? Или… гусь свинье не товарищ, в смысле против Сэфес они всё равно не попрут?

— Так не делают, прости. Мы законы соблюдаем, по крайней мере там, где это возможно, — развёл руками Пятый. — Сколь бы ни был мерзок этот конклав, официалы с ним работают, как ты сам видел, и давать им повод для разбирательства или иска не нужно.

Он с тоской посмотрел в стену. Попрут, не попрут… Попрут, конечно. Не так, как ожидает Нарелин, по-своему. Нельзя это так оставлять, ни в коем случае. «Дорого это всё нам обойдётся, — подумал он. — Ой дорого. И хорошо, если бы только деньги… Так нет! Господи, когда же это всё кончится?!»

— Ну, может, всё-таки лучше сразу сообщить, что мы собираемся эмпатов оживлять? Ещё до воссоздания? — продолжал допытываться Нарелин. — Пусть дороже, зато потом проблем не будет. Ты извини, что я такой въедливый, но мне ведь нужно разобраться, иначе как я буду с местными разговаривать?

— Потом как раз и будут проблемы, — возразил Пятый. — Если дать им понять, что мы это можем, одними эмпатами мы не отделаемся. Они сразу захотят большего. Больше чем уверен, что у них в загашнике валяется какой-нибудь славный парень, вождь, пророк и мученик, которого они не прочь воссоздать. Обойдутся. Воссоздадим, выкупим — и вон отсюда. Бегом.

— Ничего себе! — Нарелин шокировано поглядел на плывущий перед ними в визуале спутник. — Ну сам понимаешь, Пятый, не мог же я знать, что эти ребята не в курсе о воссоздании. Хотя спросят а зачем вам эти мёртвые тушки? И что отвечать?

— Для опытов, — усмехнулся Клео. — Эксперименты ставить будем.

— Нет, почему же, — тут же отозвался Лин. — Говорите правду.

— Частичную правду? — уточнил Клео. — О том, что это необходимо для стабилизации дисбаланса в Сети?

— Стабилизация тут ни при чём, — терпеливо сказал Пятый. — Правда — это правда. Обычно она у человека одна.