— Да, небесный… я здесь… Не сон!

— Хатра, — шёпотом же позвал Радал, — что это?

— Ты… ты видишь? — поражённо спросила она.

— Ага. Красиво как, — с восторгом прошептал Радал. — А что это такое?

Хатра легко поднялась с пола и села рядом с братом.

— Это счастье, — серьёзно сказала она. — Теперь мы сможем уйти туда вместе. Слава богу, Ради, слава богу… Я не могла уйти, потому что тогда мне пришлось бы бросить тебя. А я не могла.

— Куда уйти? — удивился Радал, продолжая наблюдать за танцем точек под потолком.

— К небесным, — ответила Хатра и материнским, таким знакомым жестом, взъерошила ему волосы. — Хочешь на небо, Ради?

Какие могли быть вопросы? Особенно если сестра, самый любимый и близкий в мире человек, это предлагает?!

— Хочу, — ответил Радал. — А как…

— Они придут за нами. — Хатра улыбнулась. — Придут, вот увидишь.

* * *

Оказывается, она уже давно говорила с тем, кого называла для себя «небесным». Сначала голос появлялся лишь в снах, потом она поняла, что это не сны, голос говорил слишком правильные вещи, причём так, что Хатра их отлично понимала. Он не умствовал, не загадывал загадки, но…

Радал с замиранием сердца слушал, что сейчас шёпотом рассказывала ему сестра. Оказывается, Пространство гибнет, его съедает серая пыль, но есть в этом мире избранные, которые смогут её остановить. Она одна из этих избранных, а сейчас, оказывается, и брат её тоже способен видеть Пространство так, как нужно для уборки серой пыли.

Следующие два года жизни слились для Радала в один миг, полный смысла, движения, полёта. Но почему-то ныне эти два года выглядели словно смазанными, они истлели, подёрнулись рябью, и сейчас Радал понимал — что-то странное было с ним и с сестрой, странное, необычное, словно на эти два года они лишились души и памяти. Корабли, встречи, какие-то люди, звёзды… Мальчик ничего толком не понял, да и не дано было ему понять. Они убирали из Пространства мусор.

А потом то, что они считали мусором, показало, что оно такое в действительности.

И никто больше не вернёт ему сестру и тот угол в сарае, где они жили пусть плоховато, но всё-таки счастливо.

Последний вечер дома остался последним осознанным воспоминанием. Тьма, деревянные балки над головой, ленивые голоса в сонной мгле и тёплый ветер, задувающий в лишённое стёкол окно.

* * *

А сейчас… Радал сидел на широком подоконнике и думал. Страшно. Рауль велел вести за ним постоянное наблюдение… Зачем? Неужели понял, что появилась лазейка? А если они с Клео убедятся, что тогда сделают? Они на всё способны… Чем больше Радал думал об этом, тем больше их боялся и ненавидел. В пятнадцать лет, как ни старайся, всё равно не сумеешь понять всего, что происходит, а уж когда такое, вообще не знаешь, что и думать.

На чём его поймали, кто?

Радал нахмурился, задумчиво посмотрел куда-то в небо, тихонько вздохнул. Были за последний год два события, которые могли послужить причиной. Во-первых, этот его нелепый разговор с Раулем, во-вторых, поездка на Эвен в обществе Санни.

Как же всё плохо. Теперь даже в лес не удерёшь.

Радал вспоминал, стараясь понять, что же всё-таки случилось и что делать дальше.

Итак, Рауль… чтоб его черти взяли!

* * *

Почти год назад Радал попался впервые, и произошло это вот как.