А ведь Санни здесь живёт всю жизнь. И Рауль здесь прожил всю жизнь. И они любят этот город, это видно с первого взгляда. Как ЭТО можно любить? Впрочем, Рауль блонди, и Санни говорила, что она тоже блонди. Может, здешние люди особые? Здесь ведь даже не рожают детей, а создают искусственно, выращивают… причём, кажется, сразу до трёхлетнего возраста, а элиту — вообще чуть не до взрослого состояния… Радал представил и передёрнулся от омерзения. А вдруг у тех, кого здесь создают, с самого начала другая душа, они — для города, а город — для них?

От грустных размышлений его спас сигнал комма

— Привет, — сказала Санни. — Всё в порядке? Вижу, ты пошёл в город.

— Ага, — ответил Радал. — Санни, а ты сейчас где?

— Ужинаю, — сказала Санни. — Я в семнадцатом районе. Если хочешь, подъезжай.

Радал обрадовался.

— Конечно, ты только скажи, как это лучше сделать, — попросил он.

— Возьми такси, — посоветовала Санни. — Я в кафе «Серебряный лотос». Здесь такси автоматические, просто скажешь название заведения, этого будет достаточно. Или введи мой пеленг в систему целеуказания, так даже проще.

* * *

В такси Радал нырнул с облегчением. Хоть ненадолго спрятаться от этих огней…

— Кафе «Серебряный лотос», — сказал он.

Аэрокар плавно поднялся в воздух и заскользил, набирая скорость, в потоке таких же машин. Трасса пролегала на уровне среднего яруса города. Обзор был хороший, стены зданий вздымались над головой, огни сливались в светящиеся полосы… Радал прикрыл глаза, устав от мелькания. Кажется, даже задремал ненадолго.

Когда он открыл глаза, за окнами уже не было сумасшедшего блеска. Аэрокар снизился к наземному шоссе, здания вокруг стали похожими на что-то нормальное, человеческое, не сверкающе-павлинье.

Машина остановилась, ожидая разрешения на поворот, и тут Радал с удивлением заметил в глубине улицы странную надпись, красующуюся во всю стену, красным по чёрному. Надпись гласила: «Хряки». Здание, которое украшала надпись, было словно из другого мира. Обшарпанное, чёрное, с выступающими металлическими балками… Странно.

— Это что за «Хряки» такие? — спросил Радал, зная, что в такси должна быть справочная система.

— Известный развлекательный клуб, — откликнулся компьютер приятным женским голосом.

«Посмотреть, что ли? — подумал Радал. — Уж больно странное место на фоне всего остального».

— Повернуть туда, — приказал он.

— Принято.

Высадив его у клуба, машина умчалась. Радал остановился перед тяжёлой, явно металлической дверью. Точно как осколок другого мира… Радал знал, что во многих районах города была проведена реконструкция, старые, отжившие своё дома реставрировались и заменялись новыми строениями, — и понял, что нововведения просто обошли «Хряков» стороной. Ладно, это недолго. Должен же он хоть что-то увидеть в городе, кроме сияния рекламы?

Радал толкнул дверь и решительно вошёл внутрь.

Большой зал был переполнен, почти все места были заняты, в воздухе плавал сигаретный дым, звучала тихая, почти неслышная музыка — какая-то простенькая мелодия.

И никаких реклам, никаких огней, стены из голого металла и камня, всё простое, даже примитивное, на столиках красные огоньки свечей… Настоящий, живой огонь. Голограммы на стенах… нет, не голограммы — плоские снимки, причём чёрно-белые, от входа было не разобрать, кто на них изображён. Люди какие-то.

Маленькая сцена в углу.