Изменить размер шрифта - +

– Что?! – воскликнул Дугал, округлив глаза.

– Чтоб мне провалиться, ты все больше и больше напоминаешь мне твоего дедушку! – с коротким смешком заявила высокородная вдова.

– Предложение? Вот как! – Миссис Блум строго посмотрела на Грегора. – Значит, вы ей и в самом деле не опекун?

– Никоим образом! – выкрикнул Рейвенскрофт, тыча в Грегора пальцем. – И никогда им не был!

– А вы не ее брат? – поинтересовалась миссис Блум.

Рейвенскрофт покраснел и напыжился.

– Нет, – ответил он. – Я ее…

– Время истекло, – сказал Грегор и заключил Венецию в объятия. Она открыла рот, намереваясь возразить, но встретила его взгляд и улыбнулась счастливой улыбкой.

Чувствовать ее в объятиях было огромным соблазном. Грегор откашлялся и сказал:

– Если вы все нас простите, то я отказываюсь ожидать другую возможность. Я должен, поймите, должен сделать предложение этой женщине.

– Во второй раз, – уточнила Венеция.

– Но теперь я сделаю его по всем правилам.

– Прекрасно! – Виола захлопала в ладоши. – О, я-то знала, что когда-нибудь это произойдет! – Она взглянула на сквайра и сообщила ему доверительным тоном: – Они дружили бог знает сколько лет. Прекрасная пара.

Сквайр натянуто улыбнулся:

– Дружили так долго, что взяли и поженились. Я думаю, он нуждается в уединении, чтобы сделать предложение как надо. Нелегко этим заниматься при свидетелях.

Рейвенскрофт вырвался вперед:

– Только через мой труп…

Бабушка Венеции нанесла ему точный удар тростью по ноге, и Рейвенскрофт грохнулся на пол.

Он попытался встать, но Виола была начеку и подбежала к нему.

– Ой, рука! – громко простонал он.

Виола наклонилась, и ее юбка накрыла то место на руке Рейвенскрофта, на котором стояла ее нога в изящной туфельке.

– Гостиная свободна. Она вон там, – указала Виола.

– Отлично. – Грегор крепче прижал к себе Венецию и обратился к брату: – Дугал, откроешь дверь?

– Конечно.

Рядом послышалось ворчание Александера:

– Грегор, я все это не одобряю. – Он окинул собравшихся недовольным взглядом. – Как-то оно путано и хаотично.

Грегор пожал плечами:

– В таком случае хорошо, что это моя жизнь, а не твоя. – Он улыбнулся Венеции. – Лично я сделал открытие, что немножко хаоса не такая уж плохая вещь.

Хью усмехнулся и сказал Александеру:

– Боюсь, у тебя это вышло невпопад, брат мой. Пошли, раздобудем где-нибудь приличное портвейна и предоставим влюбленных самим себе.

Дугал распахнул дверь гостиной.

– Я постою на страже.

Он подождал, пока Венеция и Грегор войдут в комнату, и плотно закрыл за ними дверь. Грегор услышал, как Дугал сказал:

– Миссис Оугилви, я не хочу быть назойливым, но есть, ли в этом доме портвейн? После всего, что я здесь увидел, меня одолевает жажда.

– Разумеется, есть, – ответила Виола. – Наверное, нам всем стоит перейти в столовую. Матушка, как вы считаете, можно ли накрыть стол для всех?

Ответ вдовы потонул в общем говоре покидающих прихожую гостей. Венеция прижалась лицом к плечу Грегора и сказала со смехом:

– Мне нравится состоять в родстве с твоими братьями.

– А я наконец оценил по достоинству твоих маму и бабушку, обе они просто восхитительны.

Он поцеловал ее долгим поцелуем, и когда им обоим стало невозможно дышать, поднял голову, дотронулся большим пальцем до ее полной нижней губы и опустился перед Венецией на одно колено.

Быстрый переход