— Про золотишко никому знать не положено, — подхватил Тагир, — кроме старшего каравана и парочки верных людей, отвечавших за сохранность груза и передачу его нужным людям. Вплоть до миллиграмма. Мы тоже, как бы, отвечали за безопасность проводки, но согласись, сынок: знать, за что конкретно отвечаешь, и быть в неведении истинной ситуации — разные вещи. Духонин решил нас как мальчишек провести, да только не учел мелочей, по которым мы его и раскусили. Ладно, пока не стали ничего говорить. Надо же домой вернуться живыми. А с таким грузом можно где-нибудь в горах остаться навечно. Сколько мы деньков через перевалы шли? Что-то память стала подводить…

— Не прибедняйся, тигр, — усмехнулся Арсений. — Неделю точно. А потом три дня от диких хунхузов отбивались.

Дед Фрол фыркнул, уткнувшись носом в чашку с чаем. Никита покосился на него. Заинтересовался странной фразой:

— Что за дикие хунхузы?

— В России подобных людей зовут «отмороженными» или «беспредельщиками», — пояснил чародей, и Тагир кивнул, соглашаясь. — Хунхузы, если присмотреться к ним хорошо, не такие уж оголтелые бандиты. Они перед набегами тщательно разрабатывают маршрут и строго придерживаются выбранной тактики. Если формируют несколько отрядов — создают что-то вроде штаба с представителем от каждого. Режут, конечно, тоже будь здоров, но все равно с ними легче воевать. А вот дикие — они непредсказуемые, не подчиняются никому, в союзы не входят. Напав на какое-нибудь село или купеческий караван, вырезают всех. Без пощады. Людей в рабство не берут. Только вещи, золото, в общем то, что можно сбыть. Если почувствовали, что преследователи сели на хвост — сбрасывают самый тяжелый хабар и рассыпаются в разные стороны. Их даже свои иногда прореживают за такие художества. Ибо нехрен гадить там, где живешь.

— Правда, так и есть, — сказал Арсений, с прищуром глядя на Фрола. Наверное, прикидывал, откуда наставник юных Назаровых так хорошо разбирается в повадках хунхузов. — Вот с одним таким отрядом и пришлось столкнуться на привале. До Хинган Лина еще две сотни километров пылить, а нас уже в разработку взяли. Кирюха им здорово мозги прочистил «перуновым огнем». Половину сопки срыл одним ударом.

Никита не сразу сообразил, что Кирюха — это его наставник-волхв Кирилл по Амурскому Тайному Двору. И ведь тоже никогда не рассказывал про этот случай. Странно. Видать, есть что скрывать старым волкам.

— Так вот, чтобы не отвлекаться от проблемы, — Тагир поставил пустую чашку на блюдце, — сразу скажу, что мы ту банду серьезно потрепали и почти всех на два метра под землю отправили. Захватили в плен одного персонажа вот с такой татуировкой, — он кивнул на листок с изображением лотоса, — стали вдумчиво допрашивать. А куда торопиться? Злодеев укокошили, помешать нам могли только регулярные войска или специальные летучие отряды вроде егерей. Но мы забрались в такую глушь, где к представителям власти отношение не самое ласковое. В общем, стали вопросы задавать. Мы же никогда до этого напрямую не сталкивались с Триадой. Слышать — слышали, но не более.

— Подозреваю, он вам ничего не сказал, — Никита понял, что больше ни одной чашки чая выпить не сможет.