Я оставил ее с ним и обыскал двухместный автомобиль. Под сиденьем водителя лежал продолговатый пакет, завернутый в газету и перевязанный грязной лентой. Я вскрыл его. Он был полон новыми купюрами в пятьдесят, сто и пятьсот долларов. Газета – портлендский «Орегониан», датированный прошлым августом. Я завернул в нее деньги и положил пакет в стальную коробку с вещественными доказательствами в багажнике моей машины. Деньги и марихуана – предел мечтаний для таких, как Джо.

Девушка поднялась, опираясь на руку Мак-Гауэна. Она мяукала, словно грязный котенок в дождливую ночь.

– Они вскрыли один из ящиков, напились и стали насиловать меня по очереди.

В ее голосе слышалось отчаяние. Лицо старика казалось высеченным из гранита.

– Я прикончу их, малышка. Сколько их там?

– Трое. Они приехали из Альбукерке забрать виски. Лучше бы я осталась с тобой, дедушка.

Он нахмурился:

– А твой муж не пытался остановить их?

– Боузи мне не муж. Думаю, он бы остановил их, если бы мог. Но они сначала отобрали у него револьвер и избили его.

Я коснулся ее дрожащей спины.

– Они еще наверху, Джо?

– Да, они грузили виски в свой грузовик, когда я ускользнула. Их грузовик спрятан на старой пожарной станции.

– Покажите мне это место.

– Я не хочу туда возвращаться.

– Но остаться здесь одной вы ведь тоже не захотите.

Джо посмотрела на мою машину, потом вверх и вниз на дорогу, словно это было ее прошлым и будущим, и молча влезла на переднее сиденье.

Я проехал через узкий промежуток между спортивным автомобилем и обрывом. Мак-Гауэн поглаживал лежащую на коленях винтовку. Джо сидела между нами, глядя перед собой.

– Вы убили Керригана из-за денег? – спросил я.

– Нет! Я пошла встретиться с ним и застала его уже мертвым...

– Почему же вы убежали?

– Потому что полиция, как и вы, подумала бы, что это я его убила. Но я не убивала Дона Керригана. Я его обожала.

Мак-Гауэн презрительно сплюнул.

– Вы взяли у него деньги? – продолжал я.

– Да, взяла. Я имела на это право. Дон был мертв, значит, они ему больше не нужны. Они лежали на полу. Я подобрала их, села в машину и поехала искать Боузи. Я хотела только убежать оттуда.

– С двадцатью тысячами? Это Боузи велел вам взять деньги и присоединиться к нему?

– Ничего подобного. Я собиралась уехать с Доном. Я даже не знала, где Боузи.

– Это правда, я вам говорил, – кивнул Мак-Гауэн.

Джо повернулась ко мне:

– Почему бы вам не отпустить меня? Я не сделала ничего плохого, только взяла деньги. Они ведь просто там лежали. – Ее лицо внезапно просветлело. – Возьмите их себе, ладно? Никто не узнает. Дедушка никому не скажет.

Мак-Гауэн издал нечто среднее между рыданием и возмущенным фырканьем.

– От этих денег нет никакого толку. Вы об этом не знали?

– То есть как это?

– Они настолько «горячие», что Боузи даже не смог их потратить. Он ограбил портлендский банк, а у них был список номеров банкнотов. Никому не удастся потратить эти деньги. Для вас это новость?

– Я вам не верю. Боузи так бы не поступил.

– Тем не менее поступил. Он надул Керригана.

– Вы спятили! – сердито сказала она.

– Подумайте сами, Джо. Стал бы Боузи рисковать двадцатью штуками в таком деле, если бы эти деньги были ему нужны?

Некоторое время Джо сидела молча. Я почти ощущал работу ее маленького порочного умишки.

– Если это так, я рада, что они избили его. Он это заслужил. Я рада, что они его избили и не заплатили ему обещанных денег.

Мы подбирались к гребню, черневшему на фоне звездного неба.