– Черт… – Я тряхнул башкой. – У портного был… Костюм заказал… Дверь в комнате закрыл на ключ. Ключ у меня. Тетя Мира предупредила насчёт Маруси, но это и так не новость…Маруся… Там все понятно. Сирота ни к кому, кроме Иосифа не посылал…

Пока топал к кинотеатру вслух перебирал все события, подключившиеся с утра, дабы понять, что за ерунда гложет мое подсознание. Однако, ни черта не понял. В итоге решил, просто реально задолбался. Ну и плюс, на фоне загадочной фигуры Волкова, который Меченый, скорее всего имеют место приступы параноидального синдрома. К тому же, впереди обозначилось нужное мне здание, а соответственно, встреча с Лёником должна была произойти очень скоро. Данный факт радовал.

Внешне строение выглядело как все старые кинотеатры. Помню, такой очень давно был в нашем районе. Имею в виду, в моей родной, настоящей жизни. Ходил туда еще пацаном. Несколько колонн, портик, ступени, высокие деревянные двери и афиши, которые висели по обе стороны от входа.

На одной как раз и было написано, что сегодня вечером состоится выступление ансамбля песни и пляски какой-то там армии и флота.

Я вошел внутрь, покрутил головой, соображая, где искать Ван Гога. Подозреваю, афиши – его рук дело. Значит, у Лёника должно быть рабочее место.

Большой, просторный холл с левой и правой стороны имел две широкие лестницы, засланные красными ковровыми дорожками. Лестницы эти вели на второй этаж, где должен быть вход в зал.

В самом конце холла виднелся коридор. Там, скорее всего, располагались гримёрки и всякие рабочие помещения.

Судя по топоту, который доносился из-за двери, находившейся возле лестницы, за этой дверью как раз в данный момент ансамбль песни и пляски активно готовился к выступлению. Потому что грохот стоял такой, будто в помещение загнали табун взбесившихся лошадей. Ну еще периодически раздавался женский радостный визг.

– Тебе чего, милок?

Рядом со мной нарисовалась пожилая женщина с ведром и деревянной шваброй в руке.

– Мне бы Ван… То есть Лёника. Не подскажите, где найти?

– Лёнька-то? Подскажу, как не подсказать. Иди вон по коридору до самого конца. Там последняя дверь. Ото ж и есть его малёвочная. Видала его сегодня поутру. Должо́н быть на месте.

Женщина перехватила швабру поудобнее и двинулась в сторону лестницы.

Я не стал тратить время и тоже двинулся, но в том направлении, которое она мне подсказала. Дурацким словом «малёвочная» тетя, видимо, обозвала мастерскую Лёника.

В общем-то, не соврала уборщица. Все так и было. И дверь в конце коридора, и Лёник. Вот только насчет разговора получилась небольшая загвоздка.

Лёник сидел за столом, но к сожалению мало напоминал человека, который вообще может отвечать на какие-то вопросы.

Понял я это не сразу. Сначала думал, человек уморился, уработался и прилёг головой на стол, чтоб отдохнуть. Да, неудобно сидеть на стуле, а спать на столе, но мало ли. У каждого свои причуды.

Через пару минут я решил, что Ван Гог пьян. Просто его руки висели плетьми, а сам художник не подавал активных признаков жизни. К тому же, на столе, прямо рядом с его головой, виднелась бутылка с мутной жидкостью, два стакана и тарелка, на которое лежало сало.

– Лёник! Эй! Здорова! Я тут по серьёзному вопросу. Меня дядя отправил заказать портрет…

Старался говорит по-простецки, но без фанатизма. Все же на местных я вообще ни разу не похож, как правильно заметил Гольдман в начале нашего с ним знакомства. Однако, товарищ Ван Гог отвечать не торопился. Он даже не дёрнулся после моего приветствия.

Я подошёл ближе и тронул его за плечо. Вот тогда все стало предельно понятно.